– Я ничего не вижу, – наконец сдержано признался он. – Только мертвый, чем-то напоминающий лунный, ландшафт.
– Но меня-то вы видите, – обиженно надула губки девушка, пристально и с тревогой заглядывая Герману в глаза.
– Вас вижу, – с готовностью согласился он, виновато отводя свой взгляд в сторону и угрюмо поддевая носком ботинка массивный черный булыжник.
– А я думала, что вы действительно меня любите, – чуть не плача, промолвила ОНА с горечью и добавила: – Или, по крайней мере, когда-то любили. А вы…
– А что я, – взорвался Герман, гордо вскидывая голову и дерзко заглядывая в бездонную глубину ЕЕ прекрасных глаз. – Что я? Что я могу поделать, если я вас действительно люблю, но, вместе с тем…
Он не договорил.
Яркий солнечный свет ударил ему в глаза. Воздух наполнился знакомым ароматом земных запахов и разноголосым птичьим гамом.
– Вот, а вы говорите, что ничего не видите, – ласково пожурила его девушка. – Вы просто не хотите ничего видеть. Вы смотрите, но боитесь вглядеться. Чего же вы боитесь?
– Наверное, я больше всего на свете сейчас боюсь проснуться и вновь оказаться в командирской рубке своего корабля. – выдавил из себя Герман.
Он недоверчиво разглядывал белоснежные купола лучезарного города и густую зеленую растительность, обступавшую их со всех сторон.
– Если мне не изменяет память, все это очень похоже на Юниаполис – пышную и чопорную столицу Земного Сообщества. – неуверенно предположил Герман, затаив дыхание и от растерянности кусая в кровь губы. – Я прав?
– Скорее да, чем нет, – поспешила подтвердить его догадку девушка.
Голос ЕЕ звучал озорно и вызывающе. От прежней обиды и горечи в нем не осталось и следа.
– Ну тогда, я точно сошел с ума, – глупо скалясь, произнес в адрес девушки Герман. – Вы этого не находите?
Девушка гневно сверкнула в его адрес глазами и ничего не ответила.
Повернувшись к нему спиной, она уверенно направилась в сторону небольшой зеленой лужайки, раскинувшейся в нескольких десятках метров впереди них.
Лужайка имела форму овала. В самом ее центре размещался великолепный фонтан, окутанный пеленой сверкающих на солнце водяных капель.
Справа и слева от фонтана располагались несколько просторных белых скамеек, к каждой из которых вела протоптанная в густой траве тропинка.
Две из четырех скамеек были пусты. На двух других расположилась группа незнакомых Герману мужчин и женщин.
Еще двое мужчин, в широкоплечей фигуре одного из которых Герман узнал академика Вильяминова, стояли рядом с фонтаном и о чем то разгорячено спорили.
Академик отчаянно жестикулировал. Время от времени он наклонялся к воде, касаясь ее пальцами своей левой руки и поднимая при этом в воздух изумрудные брызги. Его собеседник был очень маленького роста. Он стоял к Герману спиной и постоянно поправлял складки на своем серебристом и чрезвычайно необычном по покрою плаще.
Появление на поляне девушки вызвало у всех присутствующих горячее оживление, быстро переходящее в восторг и ликование.
Женщины обступили ЕЕ с разных сторон и наперебой о чем-то и с нескрываемым интересом расспрашивали.
Мужчины вели себя более сдержано, галантно приподнявшись со скамейки навстречу девушке и вновь вернувшись после этого к своей оживленной беседе.
Между тем, девушка быстро и вежливо ответив на приветствие своих друзей, присела на край скамейки и украдкой бросила взгляд в сторону замершего в нерешительности Германа.
В то же мгновение, все остальные тоже обратили на него свое внимание.
– А, была не была, – буркнул себе под нос лейтенант, переступая границу поляны и твердым шагом направляясь к собравшимся.
– А вот и наш молодой друг, – радостным возгласом встретил его академик, и обернувшись к своим товарищам добавил: – В нашем полку прибыло. Позвольте вам представить нового члена нашего маленького, но дружного коллектива. Прошу любить и жаловать. Он этого заслуживает. Некоторые из нас готовы со всей ответственностью это подтвердить.
Академик с непринужденным озорством бросил взгляд в сторону девушки. Та вспыхнула легким румянцем и поспешила отвернуться.
Герман тем временем уже был рядом со скамейкой и собравшись с духом, громко отрекомендовался:
– Лейтенант Транспортной Службы Лиги Наций, командир транспортника…, – Герман побледнел, неожиданно вспомнив об истинном предназначении своего корабля, и поспешил на попятную. – Я хотел сказать, командир звездолета «Иуда «– Герман Леваневский.
– Будем знакомы, – приподнимаясь со скамьи и первым протягивая руку, произнес высокий, подтянутый мужчина в такой же, как и у Германа форме Транспортной службы. – Капитан-лейтенант, командир исследовательского звездолета «Первопроходец» – Бойко! Сергей Орестович. Очень рад нашему знакомству, коллега.
– Я тоже, господин капитан-лейтенант, – искренне пожимая руку звездолетчика, ответил на приветствие Герман.
– Дружич, Слабодан, – представился следующий из присутствующих: чернявый парень лет двадцати пяти, одетый в легкую серебристую безрукавку и полотняные шорты. – Бортинженер «Первопроходца». И, по совместительству, технический советник 21 – звездной экспедиции.
