Под хруст костей, что просто таяли в мощных челюстях Сивого, Бьёрн отчитался Горбину по выручке, передал привет от четы Малфой и сунул кошелёк с галеонами. Закончив с ужином, они попрощались с Горбином и пошли к выходу из Лютного. Фенрир, наевшийся до отвала и выпивший две бутылки дорогого виски, всю дорогу улыбался во весь рот. Что ещё больше пугало всех идущих навстречу волшебников. Выйдя в маггловский мир, где оборотень сразу неодобрительно скривился от витающих запахов выхлопных газов, Бьёрн вызвал «Ночной рыцарь». Втайне посмеиваясь, он указал адрес Снейпа. Ещё когда Магнуссон давал Северусу галеоны на ингредиенты, он на всякий случай посмотрел в памяти Снейпа его домашний адрес. Идея продолжить бизнес с зельями ещё и летом, обдумывалась Бьёрном ещё до поездки на турнир во Францию. Так что желание посетить дом Снейпа было вовсе не спонтанным.
Они вывалились из автобуса на окраине Коукворта.
— Да чтобы я хоть ещё один раз согласился поехать на этом?! — взревел оборотень, отплёвываясь от пыли, поднятой «Ночным рыцарем». — Мордредова повозка!
Бьёрн мрачно кивнул. Путешествие после столь сытного ужина было непростым испытанием и для него.
— Ладно, пойдём искать домик твоего приятеля, — сплюнул Фенрир тягучую слюну.
— Тупик Прядильщиков. Это где-то там возле тех здоровых зданий. Вроде ткацкая фабрика у магглов, — задумчиво вспомнил Бьёрн.
— Он что на всю Англию одежду шьют? — удивился Фенрир.
— Не знаю, — пожал плечами Бьёрн. — Я тут никогда раньше не был. Теперь понятно, почему у Снейпа противный характер. Если жить в таком месте, любой волшебник взбесится.
Вспоминая недобрым словом проклятый автобус, они двинулись в сторону улиц.
***
Год 1958, порт Саутгемптон
У древнего рода потомственных зельеваров было несколько поместий. Старинный замок, в котором жил старый Леонард Принц, дед Эйлин. Дом в пригороде Лондона, в котором поселились её родители и она. Было ещё поместье в Эссексе, но там Эйлин ни разу не бывала.
Сегодня чета Принцев провожала в Италию дочку, окончившую Хогвартс в этом году. Старый друг мистера Принца, известный мастер зельеварения, Джузеппе Медичи, готов был взять девушку в личные ученицы. Конечно, перед этим ей потребуется некоторое время, чтобы углубить знания, полученные на уроках Слизнорта, но Джузеппе заверил мистера Принца, что это займёт от силы несколько месяцев.
Эйлин очень понравилось в Италии. И не столько чудесный климат и архитектура старинных зданий, сколько то, что здесь она встретила свою любовь. Сын мастера Медичи, красавчик Антонио был таким, каким рисуют ангелов на фресках. Атлетически сложенный, белокурый молодой человек, с правильными чертами лица и обаятельной улыбкой. Он сразу пленил сердце Эйлин.
Сама Принц не могла похвастать броской красотой. Её волосы цвета вороньего крыла, обрамляли вытянутое бледное лицо. Чёрные глаза и длинный нос с горбинкой, не делали её красивее. Однако было заметно, что улыбка, которая теперь часто мелькала на её губах, вызывала в Антонио не менее бурные чувства.
Он влюбился в неё сразу. Эйлин отличалась от местных и внешностью и характером. Резкая, живая, острая на язык девушка, и в то же время с большим и добрым сердцем. Они собрались пожениться, как только Эйлин закончит обучение у его отца. Джузеппе был совсем не против такой невестки. Врождённый дар Принцев к зельеварению мог значительно усилиться в детях после объединения их родов, и старый Медичи уже с предвкушением думал, как много смогут достичь его будущие внук или внучка.
Погода в Италии неизменно дарила тепло, запах цветов, мокрых листьев и какой-то особый, ласкающий чувства, прохладный ветерок. Открытое окно второго этажа, из комнаты доносятся томные вздохи влюблённых. Кровать, усыпанная лепестками роз, и два обнажённых тела, сплетающихся в извечной игре. Ни Эйлин, ни Антонио, захваченные страстью, не видели, как в окно влетела большая летучая мышь и в полутьме перетекла в фигуру человека.
Существо немного насладилось пылкой страстью юных любовников, а затем, взмахом когтистой руки, заставило всё замереть. Даже влетевшая в окно мошка зависла беспомощно в воздухе.
— Так-так, — раздался холодный шёпот твари. — Волшебница, молодая и сильная. В ней уже почти сформировалась искра новой жизни. Возможно, в этот раз у меня получится создать живого вампира. Решено.
Он сбросил Антонио на пол, а сам навис над безвольно разметавшейся молодой женщиной.
— А теперь завершим консумацию брака, — прошипел вампир, скалясь клыкастой пастью.
На следующий день Эйлин внезапно охладела к Антонио. Всё началось незаметно, но уже через пару месяцев, она прекратила все отношения, а мастеру Медичи объявила, что передумала становиться зельеваром, и теперь возвращается в Англию. Оскорблённый до глубины души волшебник, холодно попрощался с несостоявшейся невесткой и ничего не написал мистеру Принцу, опасаясь, что наговорит лишнего. Его больше волновало состояние сына, который не находил себе места от горя.
