Итак, еще через неделю жизни в статусе жены райдера я поняла следующее.
1. Мой муж очень романтичный человек.
Вы думаете, таким, как он, не свойственна нежность? О, значит, вас не гладили карбоновой перчаткой по голове. Не стучали ласково костяшками пальцев по шлему. И не подбрасывали вверх, резко газанув, чтобы потом вписать в себя. Впрочем, в интернете подобная романтика заходит просто на ура.
Кстати, про романтику. Ну вот скажите, кто еще будет с придыханием рассказывать о том, как работает какой-то новомодный, присланный на обзор мотогаджет? Ну вот и я о чем. Я уверяю, у нас на факультете писательства парни Шекспира так не цитировали.
А когда Кэсс, в очередной раз позвонив, нарвалась на Бланжа и не постеснялась упрекнуть его в том, что тот оставляет мне мало свободного времени, он дал ей себя отчитать и при этом сыграл по уши влюбленного настолько блестяще, что даже я засмотрелась, думая: «Как же мне с парнем-то повезло». Впрочем, это продлилось недолго.
2. Он всегда оставляет в постели сюрпризы. Перчатки, наколенники. Один раз я нашла защиту для картера. Хуже всего из этого, наверное, то, что я теперь знаю, как выглядит защита для картера.
3. Моя кожа медленно, но верно темнеет под южным солнцем, пропитывается запахами песка и можжевельника, а также сосны Пиньон. Я привыкаю вставать в шесть утра и кутаться по вечерам в теплые толстовки. И даже смирилась с тем, что у нас на двоих одно одеяло. Оно большое, и под ним действительно уютно. Мы засыпаем на разных концах постели, но просыпаемся всегда вместе, плотно закутанные друг в друга, переплетенные руками-ногами, как будто связанные звенья одной мотоциклетной цепи. И я бы очень хотела из-за этого с Бланжем поругаться, но не могу, потому что, как нарочно, каждое утро сама оказываюсь на его половине кровати.
Сегодняшнее утро начиналось стандартно. Почистив зубы, нацепив кроссовки, майку и спортивные шорты, я спустилась на первый этаж. Когда трек по утрам принадлежал Марсу, Лил и парней почти со стопроцентной вероятностью можно было найти в качалке. Мотоспорт оказался достаточно требовательным к телу. Тренировки на гибкость и баланс, координацию и выносливость, бег и кардио – все это было рутиной, которой они следовали ежедневно. Недавно Бланж предложил и мне присоединиться. Все то, что ежедневно помогало ему сохранять контроль в прыжке, могло помочь и мне – в обычной жизни. И вот я наконец решилась. Но, не дойдя пары шагов, замерла, услышав свое имя.
– Слушай, а где ты ее нашел?
Это был Кас. По обыкновению, тихий и незаметный. Я даже не сразу узнала его голос: так редко слышала его.
– На парковке у больницы. Заезжал швы с плеча снимать, – спокойно ответил Бланж.
Не соврал. Все-таки чем больше в нашей истории будет правды, тем проще в нее поверить. Лаклан усмехнулся:
– То есть это не шутка?
– Нет.
Было слышно, как кто-то из парней заливисто рассмеялся.
– Просто после всех тех, кто к нему подкатывал: моделей, актрис, певичек – она? Вот она? О чем я и говорю.
– Лаки, ты совсем кретин? – процедил Бланж.
– Это я кретин? Не я женился на девчонке, которую знаю от силы… Сколько, Реми? Удиви нас.
И тут в комнате появилась я.
– Не обращайте на меня внимания, – произнесла ровно и спокойно. Молча прошествовав мимо, взяла бутылку воды и так же молча вышла. Быть выше этого – таков был всегда мой принцип. Просто иди, подняв голову. Не запнись только о какую-нибудь железку по дороге!
Я так усердно старалась изобразить безразличие, шагая, что очутилась с другой стороны комплекса. Прищурившись от яркого света, приставила ко лбу ладонь козырьком и посмотрела на команду подростков. На вид им было лет по двенадцать. Даже мотоциклы их казались меньше, чем те, на которых тренировались взрослые парни.
– Доброе утро, – вдруг окликнул Марс. – Хочешь с нами?
Я обернулась. Наверняка не мне.
– Тебе, тебе, – засмеялся он.
– А можно?
Господи, зачем мне это надо? Синяки на моих коленках так и кричали: «Добей нас!» С моей удачей осталось только с мотоцикла грохнуться. Но так хотелось Бланжа побесить.
– Конечно. У этой группы сегодня первый урок. Да и инвентарь есть свободный. Как раз тебе по росту.
Я подошла ближе. Мотоцикл, который придерживал Марс, и правда был как будто под меня. Ну или под тринадцатилетних мальчишек.
– Только переоденься, – предупредил он.
– А во что?