Марс покачал головой. Возможно, ему показалось странным, что в команде Беланже мне до сих пор не подобрали экипировку. Но я никогда и не просила об этом.
– Вон там, – он указал на дверь возле ворот, – внутри гардеробная. Можем что-нибудь тебе подобрать из подростковой коллекции.
И вот спустя пятнадцать минут я стояла под ярким солнцем Аризоны в белых мотоботах и такого же цвета костюме, держа под мышкой белый шлем. Поставив его рядом с мотоциклом, перекинула через него ногу, села и взялась двумя руками за руль. Ощущения были забавными. Я даже не заметила, как мое лицо расплылось в широкой улыбке. И, подняв взгляд, увидела, что Марс улыбается в ответ.
А потом пелена радости резко спала. Потому что в нашу сторону направлялся противный и ужасный. Если бы Бланж был чайником, то в эту секунду точно бы свистел, пыхтя и захлебываясь паром.
– Какие-то проблемы? – спросил Марс.
– Отойди, Андраде, и дай нам поговорить. Если по морде перед всем своим выводком схлопотать не хочешь. – Этот засранец точно знал, на что давить: Марс не затеет драку на глазах у детей. Он и не стал. Когда мы остались одни, Бланж произнес: – Мне жаль, что ты это слышала.
– Но ведь Лаки прав, – призналась я с грустной улыбкой на лице. – Мне и правда нужны от тебя только деньги. А тебе нужен мой паспорт. Так смысл делать вид, что это не так?
– Жак… – устало протянул Бланж.
– Простая сделка. Мы оба согласились на ее условия. К тому же ты не обязан защищать меня перед своими друзьями. Не бери в голову. Мне все равно.
Показалось, что даже лицо его потемнело.
– Поэтому ты решила переметнуться на другую сторону? Потому что тебе все равно?
– Нет, просто мимо проходила.
– Вижу, – сощурился он, медленно скользя скептическим взглядом по чужой экипировке.
– Слушай, Бланж, мы не в детском садике. Я не твоя собственность и не игрушка, которую вы с Марсом делите. Он всего лишь хотел меня научить. Ничего более.
– Понятно. – Бланж кивнул, а потом подал руку, заставляя подняться с мотоцикла, благо тот был совсем невысоким. – Пошли, – потянул он за собой.
– Куда?
Ответа ожидаемо не последовало.
– Куда ты меня тащишь?
– Учиться.
Впрочем, все и так уже стало ясно: проманеврировав между разбросанными на полу запчастями, мы остановились в гараже.
– Кас, – крикнул Бланж, глядя на ряд припаркованных справа мотоциклов. – Какой из них взорвать не жалко?
К этому моменту у ворот собралась целая компания наблюдателей. Они вроде как просто мимо шли, а теперь случайно остановились.
Из подсобки показался одетый в рабочий комбинезон Каспер.
– Вы снова что-то снимать хотите? Если нужен нерабочий, то давай из хлама соберу.
– Нет, нужен нормальный, – уточнил Бланж и, никого не стесняясь, стянул с себя футболку и принялся переодеваться. Я отвернулась, но тут же поняла, что наверняка это выглядит жутко глупо, и, превозмогая себя, снова уперла взгляд ему в спину. Бланж застегивал на ней защиту. – Считай, что ему придется пережить ядерную войну.
Кас замер, несколько ошарашенный. Дэм с Лакланом, привалившись плечами к двум противоположным краям ворот, с интересом наблюдали за развитием событий.
– Можешь взять хонду.
–Ту, которую ты в красный перекрасил?
Кас кивнул.
– Ух! – Потирая руки, Беланже ухмыльнулся. – Мощная дура. – Застегнул штаны, подхватил с полки свой черный шлем, повернулся к Касперу и добавил: – Ты молиться умеешь? – Тот лишь молча хлопал глазами, так же как и я, пытаясь отойти от шока. – Если да, то помолись за нас. Идем, Жак.
Кажется, зря я про уроки ляпнула, потому что ситуация явно вышла из-под контроля. В этом был весь Бланж. Если смеяться, то на полную громкость. Если психовать, то разнося все вокруг.
– Я не хочу учиться с тобой!
– А с ним, значит, хочешь? – Выгнав мотоцикл на середину, Бланж уселся на него, натягивая перчатки.
– Нет, я ни с кем уже не хочу.
– Садись!
– Нет.
– Садись!
Я отвернулась, сложив на груди руки, и носком ботинка потыкала разобранный поршень, стоящий на какой-то картонке.
Тут меня за плечо тронул Дэм.
– Знаешь, как он на всех наорал после того, как ты ушла, – наклонившись, шепнул он еле слышно.
– Не хочу знать, – тоже шепотом возмутилась я, стрельнув в его сторону глазами.
– Садись, Жак! – уже отчетливей прозвучал приказ. Или все-таки просьба?
Каспер протянул мне шлем. Не белого цвета, являющегося отличительной чертой Марса, а наш. Я молча натянула его на голову. Следом надела очки и заняла свое место позади Реми, крепко обняв его руками и ногами. В этот раз было не до капризов. А потом мы рванули вперед.
***
Мы мчались по пустынной дороге с такой скоростью, что мотоцикл то и дело приподнимался на дыбы, словно Бланж решил во что бы то ни стало убедить меня: водить – худшая идея, которая только может прийти в голову, но мне почему-то только сильнее хотелось улыбаться. Потому что он весь был в этом, человек-противоречие, который, как никто другой, мог чувствовать пульсацию дороги в венах, приземляясь, разворачиваясь, скользя по песку так мягко, будто подчиняя байк своей воле.