И вот такой воды несколько часов кряду. Из пустого в порожнее — обратно. Умиление и только. А так как никаких неопровержимых доказательств, что я укрываю девчонку, у них нет и выдвинуть обвинение они не могут — потому и отпускают.
На пропускной пользуюсь позволением доблестной полиции и звоню Лосю. По сути, он редкий человек, чей номер себе в памяти фиксирую на всякий… вот такой случай.
Как и уговаривались — он ждал моего звонка. Поэтому уже в считанные минуты был возле здания прокуратуры.
Пока едем, замечаю, что за нами продолжает следовать хвост.
Что ж, никто не собирался меня отпускать просто так. Хреново. Не убедил.
Лось порывается оторваться, но я его торможу. Не сомневаюсь в умениях управлять тачкой, просто так мы только ещё больше привлечём внимания. Мне это не нужно!
Катим по адресу квартиры, где оставил свою машину. Из ящика достаю симку. Переодеваюсь, и чтобы сбросить хвост, сажусь опять к Лосю.
Ключи от своей машины вручаю и головой на неё указываю.
— Документы в бардачке. Мне нужна новая, не засвеченная. А теперь гони в торговый, что у метро.
В ТЦ долго не прохаживаюсь. Специально выбираю толпы, массу. А потом окольными путями спускаюсь в подземку. Сажусь на метро, еду дальше. У Лося предельно ясные указания — чуть глаза помозолить, изображая, что меня ждёт в машине, а потом можно будет спокойно уходить.
Несколько улиц ногами, дворами, проверяя слежку, и когда убеждаюсь — хвоста нет, шагаю к съёмной квартире. Недалеко от дома забегаю в салон мобильной связи, покупаю первый попавшийся телефон.
Уже в лифте пробирает дрожь. На душе помойка… Захожу, ожидая упреков, слёз, скандала. Но Арина удивительно мила и улыбчива.
Вот теперь раздражаюсь.
С какого х*** она так светится?
— Что-то случилось? — не выдерживаю, когда на кухне натыкаюсь на сервированный стол.
— Нет, — тушуется Рина, но улыбку держит.
— Ты не умеешь врать! — констатирует то, что девчонка и без меня знает.
— Просто рада вас видеть. За дедушку благодарна…
— И? — всё ещё жду подвоха. Может, она мои мысли прочитала? Что я хотел её в ТЦ сводить. Вот и светится, как африканское солнце в летний сезон — аж глаза слепит, да жаром тело палит.
— А этого мало? — тем же солнцем. — Очень ждала, — лучится до неприличия чисто.
— Бл*, заканчивай чистить. Я уже понял, что бог, дальше-то что? — злюсь на себя, и зря, конечно, горячусь, но у меня сейчас перегрев всего тела разом случится. А ещё удар — из-за буйной кровушки не только в голове…
Арина перестаёт бурлить эмоциями.
— Зачем ВЫ так? — заминается возле стула, пальцами спинку стискивает.
— Потому что ТЫ! — тычу в то, что она продолжает меня на «вы» называть. — Потому что не люблю, когда окольными путями. Мне нужно в лоб и без лукавства, — сажусь за стол, окидываю взглядом сервировку. Мило, до щемоты души и заворота кишок. — Бога так не ждут, а если и ждут, значит что-то от него нужно. — Локти на столешницу, глаза в упор на мелкую. — Логическая цепочка, ясно? Или мне математическим уравнением с неизвестным расписать?
— Я подумала, — опять заминка, — может, вы… — заминка… — Ты, — робко, стеснительно, — меня к Дали отвезёте? — губу прикусывает, всё же сорвавшись на официальность и привычную «вы».
— А-а-а, вот оно что, — киваю ровно. Не я причина оргазма, а мысль о Дали.
Арина молчит, глаза в стол.
— Сегодня никак, — отрезаю холоднее, чем стоило бы. — Я занят. Сейчас по делам ещё уехать нужно.
Вот какого х* лгу?
Больно из-за того, что она правду сказала? Ревность тугая. Глухая, злая. Переклинивает, что не моему приходу радуется? Что не заметила, как я сегодня припозднился? Что божественная роль не мне достаётся?
Сук*!!! Почему не мне? Почему Дали?
— О, — удрученно кивает Арина. Садится напротив, но к еде не притрагивается.
— Кушай, — раздражаюсь сильнее из-за собственного паскудства.
— Спасибо, — безлико. — Я не голодна, — тихо покидает кухню мелкая.
Несколько минут сижу, жую… Механически — даже вкуса не ощущаю. В сердцах бросаю вилку, и ухожу из дома…
Шляюсь несколько часов, к этому моменту Лось уже подгоняет чистую тачку, и я еду обратно к Арине.
Захожу… в прихожей по нервам сразу бьёт тишина. Глупую мысль, что девчонка и правда сбежала, отметаю, когда и верхняя одежда, и обувь на своих местах в коридоре находится. Чуть успокаиваюсь, но торможу возле закрытой двери в комнату Рины.
Стучу.
Молчание напрягает.
Стучу настойчивее.
Тишина продолжает играть на нервах.
Опять ударяет отчаянная мысль, что мелкая сбежала, в чём была.
Бестактно дверь распахиваю. В сумраке комнаты виден характерный бугор на постели. Несколько секунд присматриваюсь — едва заметное колыхание…
Спит.
Затворяю за собой дверь, но душу шкрябает тревога и дышать перестаю, когда до слуха долетает совсем тихий всхлип. Сердце конвульсивно дёргается, кишки до глотки ползут, желаю на ней затянуться.
Ну и с* же я!!!
Девчонка дома целыми днями сидит. Ей же трудно. Одиноко, тоскливо. Она так мечтает вырваться. И ведь не сама… Я её на обучение толкаю долгое время. И теперь сам же палки в колёса вставляю.
