Нет, видела, что он мялся на пороге. И смущение читала, но не думала, что решится. Это было легко и странно. Не сказала бы, что неприятно, но и особого удовольствия не ощутила.
Зато другое чувство со стороны давило — словно лазер, выжигающий дыры.
Лёшу не пихаю, не шарахаюсь, — что я, дура шуганная? — но, упираясь руками в его грудь, отстраняю:
— Прости! До свидания, — ретируюсь в лавку, даже не осмотревшись, может машина Беса стоит где-нибудь у обочины? Вдруг не померещилось, что следят за мной.
Закрываюсь наглухо… Вечером прибегают братья, и вечер проходит по обыкновению шумно, весело и сборочно.
Лёша тоже порывается записаться в помощники, но я не горю желанием его впускать в свою жизнь. Это слишком интимно как-то…
Поэтому отказываюсь. Тем более ребята сразу ощериваются.
Но однажды даю слабину своим убеждениям. Решаюсь пустить Лёшу.
На самом деле я просто боюсь одиночества, пустоты и звона тишины, в которой слишком много Беса и моих мыслей о нём. Лучше в компании. Правда, посиделка недолгой оказывается. Настрой у Лёши не помогать, а как можно более тесно познакомиться. Для меня это становится неприятной неожиданностью.
Вроде нейтрально держусь, ухаживаю — чай, бутерброды, конфеты, печенье… мысли предательски в сторону Димы сворачивают, и когда выныриваю из мира грёз, оказываюсь в объятиях Лёши. Прижатой к обеденному столу. Не сразу нахожу, как отбиться. Да и врасплох ловит.
Смотрю на Лёшу, он нависает… целует. От нехватки воздуха голову ведёт. Цепляюсь за парня, а он жест по-своему считывает, и уже следующий миг я на столе сижу. Парень легко задирает подол школьной формы. Уместившись между моих ног, возражения проглатывает поцелуями. Но я не теряюсь в его руках и не горю от желания, поэтому настойчиво вырываюсь. Пихаю в грудь и даже бью по щеке:
— Тебе пора, — голос дрожит решимостью, рука горит и чешется. В ушах до сих пор звон от прописанной оплеухи.
— Прости, — задыхается парень. По лицу расползается красный след от моей ладони. Блуждая по кухне бестолковым взглядом, взъерошивает темные волосы пятерней. — Прости, я не хотел. То есть хотел, но…
— Я понимаю, — чуть смягчаюсь. Слезаю со стола, подол одёргиваю, складки разглаживаю. Наверно, дура, но верю в коллапс эмоций и чувств парня. — Тебе лучше уйти.
Лёша не настаивает, но перед уходом ещё раз винится и уточняет, всё ли между нами в силе?
Вопрос понятен и уместен — Лёша предложил с ним на выпускной пойти. Я дала Согласие. Сомневаюсь до сих пор, но всё равно сказала «да». Он ещё чуть мнётся, явно раздумывая, как теперь прощаться, и в итоге решается на обменный поцелуй в щёку.
Я ему благодарна за терпение. Поэтому, видимо, и не отказываюсь от слов. Закрывая дверь в торговую лавку, всё же мажу глазами по округе. Нет ли… но больше ничего не ощущаю. Пустота и холод.
В себя прихожу, заслышав телефонный звонок.
— Да, — выдыхаю в трубку, немного запыхавшись, пока спешила в кухню, где оставила мобильный.
— Здравствуйте, вас беспокоят из отделения кардиологии больницы… — Сердце ухает в бездну.
Бес
Мне начинает нравиться пустота и тишина. Нравится думать в одиночестве и говорить с собой. Нет худшего и лучшего собеседника, чем ты сам, ведь редко встретишь столь отважного человека, способного в лицо без прикрас высказать, что думает обо мне. Ткнуть в правду, кто я есть на самом деле. Вот и сижу… Пью, спорю, ругаюсь. Нахожу оправдание своим свинским поступкам…
Сколько пью — счёт дням не веду, но помню, что окончательно срываюсь, когда Рина мажору позволяет себя поцеловать.
Ведь имеет право! И поэтому…
Но, с*, мне-то почему так больно?
В который раз бьюсь затылком о стену, стараясь физической болью загасить душевную. Но алкоголь притупляет и отупляет. Я даже не сразу понимаю, что делаю в клубе. Хотя, вру, понятно — бухаю. А судя по окружающим мордам, в кругу своих. Точно! Башляю за то, что учудил, пока пробивался к Пастору. Я же обещал проставиться! Вот… уже который день долг отдаю…
Парни весёлые, пьяные… девчата полуголые танцуют. А я бестолковым взглядом по всем блуждаю и накачиваюсь спиртным.
Тяжко такой график тянуть. И как ребята живут в подобном ритме? Работа, клуб, ебля, работа… спать некогда! Начинаю подумывать о чём-то более действенном, чем алкоголь и сигареты. Экстази глотнуть что ли? Некоторые на них сидят. Ничего вроде, драйва хватает.
Осушаю очередную стопу водки.
Нет, я уже для подобных графиков и экспериментов безнадежно мертв. Наркота не поможет…
— Бес! — голос Юльки вырывает из прострации, когда в очередном клубе зависаю. Тут ничего так — музыка громкая, танцуют девчата эротично и шл*хи отменные. Не то, чтобы предел мечтаний, но для существования Бесу достаточно.
— Ты не такой, — осуждающе поучает знакомая, назойливо перед глазами нарисовываясь. А я вообще-то от глаз всех скрываюсь — уже в вип-комнате тусуюсь.
— Юль, на х* свали, — по-доброму, почти ласково. Тем более, закрывает обзор, а для меня брюнетка приват танцует.
— Ты омерзителен, — шипит Ильина, начиная раздражать. — Такое же животное становишься, как и они.
А вот это уже не оскорбление смахивает!
