Беседы о России полностью

Ведущий: Я сегодня прочитала интервью заместителя председателя Центробанка РФ Олега Вьюгина, в котором тот довольно убедительно говорит, что инфляция развивается очень быстро, и сбережения граждан могут оказаться под угрозой, потому что Центробанк не проводит политику поддержки американской валюты. С Константином Вадимовичем Ремчуковым, депутатом Государственной Думы, нашим экспертом по многим экономическим вопросам, мы сегодня попробуем обсудить эту тему.

На самом деле гиперинфляция на пороге? В 1998 году те, кто хранил свои деньги в долларах, хотя бы не прогорел, не проиграл. В этом году, сегодня, даже те, у кого сбережения в долларах, могут оказаться в щекотливой ситуации. Это так на самом деле?

Ремчуков: Я не думаю, что это так. Более того, мне кажется, это вообще не касается сбережений в долларах. Если это на фоне сбережений в евро, тогда это конкретная акция, люди вложились и тоже рисковали, как евро будет развиваться.

Вы помните, первый год после введения евро события развивались не по сценарию Европейского Сообщества, было много проблем. Эти проблемы и риски, связанные с евро, остаются, много центральных банков, много конфликтов интересов, сложная макроэкономическая политика в этом регионе.

На фоне кризиса в американской экономике евро начало укреплять свои позиции по отношению к доллару и по отношению к рублю. Люди смотрят на цифры в обменном курсе, им кажется, что они теряют. Я сегодня проезжаю по городу, курс доллара — 31,60 и 34 с чем-то курс евро. Поэтому людям кажется, что они потеряли. Ну, как они потеряли? Если бы они тогда вложили, они бы имели более слабую валюту.

А вот сейчас начнется война в Ираке, могут быть совершенно непредсказуемые сценарии, в том числе и по нефтяному рынку, и доллар по отношению к евро опять увеличится, опять спрос на евро упадет, а на доллар вырастет. Проблема не так однозначна: пока курс колеблется в районе 31,60, потери сбережений небольшие.

Масса вещей по-прежнему номинирована в долларах. Но есть рынки, которые номинированы в евро, то есть закупают в зоне евро, например автомобильный рынок, он перешел на евро. Поскольку курс изменился, то машины, купленные на евро и ввезенные в Россию, стоят дороже.

Но эта ситуация зависит не от того, что происходит между этими валютами, а от того, во что ты вкладывался. Я знаю некоторых людей, которые верили в евро идеологически, они вложились, вот у них сейчас очень большая доходность по сравнению даже с осенью прошлого года. Так что я не думаю, что ситуация в этом смысле тревожна.

Ситуация, мне кажется, в целом в макроэкономике может быть тревожной, если не будет произведена существенная корректировка этого курса. Речь идет вот о чем. Золотовалютные резервы Центрального банка увеличились на 20 миллиардов долларов. Что это значит в практическом смысле? Что 20 миллиардов долларов Центральный банк купил у экспортеров нефти или металлов, которые их продавали, а вместо этого по курсу 1 к 30 (20 миллиардов умножим на 30, получается 600 миллиардов рублей) предложил их в экономику.

Никаких товаров в стране не прибавилось, правильно? Нефть ушла туда, а государство дало 600 миллиардов, это называется увеличение денежной базы. Денежная база через мультипликатор превращается в денежную массу. Таким образом, политика Центрального банка по скупке доллара и эмитированию рублевых средств приводит к увеличению денежной массы. Денежная масса лежит в основе инфляционных процессов. Вот проблема.

Давайте посмотрим на некоторые вещи: до каких пределов нам увеличивать золотовалютные запасы таким образом, можно ли золотовалютными запасами управлять как-то по-другому, профицит бюджета, нужен ли нам все время такой профицит бюджета. В странах зоны евро, кстати, есть такое Маастрихтское соглашение, согласно которому профицит бюджета не должен превышать 3 % валового национального продукта, а 3 % минус — это можно.