Спрыгивая вниз, он подумал, что в машине может остаться что-то, нужное для боя. Автомат, пулемет или гранатомет.
Ваха безуспешно дергал за ручку заклинившей двери. От удара многокилограммовой туши не только прогнулась крыша, но повело стойки и погнуло дверь. Атби заглянул внутрь. На полу, между передними и задним сиденьями, скорчившись, лежал человек.
Выбив стекло ударом пистолета, Атби рванул на себя дверцу, и та, металлически скрипнув, распахнулась. Ваха полез внутрь и, к его удивлению, стал вытаскивать Ивана, который слабо сопротивлялся и тихо подвывал.
— Где? — рывком поставив его перед собой на ноги спросил Ваха. — Товар где?
— Тут, — ответил мужик, показывая на лежавшую на машине тушу. От рывков она слабо покачивалась, шевеля обрубками ног. Жутковатое зрелище.
— В этой? — переспросил Ваха, показывая пальцем на тушу.
Теперь было видно, что мужик еле держится на ногах. Он мелко подрагивал, а его взгляд не мог принадлежать разумному человеку.
— Нет, — ответил он, быстро оглянувшись. — В другой.
— В этой? — требовательно спросил Ваха, показывая на тушу рядом с собой.
— Нет…
— А в какой?! — заорал он в лицо до смерти напуганному Ивану.
— У той… У тех нет передних ног… Ноги. Левой.
Атби оценил хитрость приметы, обозначавшей заряженный наркотиками контейнер. Не цифра какая-нибудь на боку, не значок, а небольшой заводской брак. Подумаешь, оттяпал себе забойщик на суп. Такое случается. А что именно левая нога — поди догадайся, когда у двух соседних туш отсутствуют правые.
Отпустив пленного, который без поддержки сполз на землю, Ваха бросился осматривать разбросанные вокруг туши. Выбрал одну, перевернул и глубоко запустил руку в распоротую полость. Пошарил там и потянул что-то на себя.
Выдернув руку, он показал зажатый в пальцах кусок полиэтилена.
— Есть! Нашли товар!
Глядя на его возбужденное, довольное лицо, Атби понял, почему он не видел его во время первого этапа боя. Ваха спрятался, ожидая момента, когда можно будет заняться поиском наркотиков.
Волна возмущения захлестнула его, и пальцы рефлекторно сжали рукоятку пистолета. Указательный плотно обхватил курок. Но другая мысль остановила его от выстрела.
Да, Ваха не полез в драку. Да, спрятался. Да, он больше думал о товаре, а не о бое. Но если бы он думал и действовал иначе, то сейчас вполне мог быть там же, где и один из его боевиков, лежавший на заезженном машинами асфальте с развороченным пулей горлом. И кто бы тогда заботился о товаре?
— Беги найди топор или что-нибудь, — скомандовал Ваха, не заметивший его сомнений. — Нужно это разрубить. Так не достанем. Я пока остальные поищу.
Согласно кивнув, Атби вскарабкался на дебаркадер по опрокинувшемуся кару и вошел в холодильник. Здесь было заметно холоднее и темнее. Некоторое время он двигался, плохо различая предметы перед собой. Споткнулся обо что-то, остановился и посмотрел. Человек. Вглядевшись в мертвое лицо, он узнал его. Это был один из тех, кто совсем недавно помогал ему расправиться с Семой Волком и его дружком. Теперь он мертв.
Где-то в глубине помещения прогрохотала автоматная очередь, гулким эхом отскакивавшая от стен. Он замер. Небольшая пауза, и еще очередь. Он двигался, стараясь держаться поближе к стенам. Дверь одной из камер была открыта, и он заглянул внутрь, держа пистолет наготове. Теперь, когда его глаза привыкли к полумраку, он мог хорошо рассмотреть внутренность камеры, освещенной тусклыми лампочками. На полу лежат деревянные поддоны, большая часть которых занята уже знакомыми тушами, положенными одна на другую в несколько рядов. Неожиданно он увидел, как из-за красного, бескожего бока поднялась голова. Он быстро направил на нее пистолет.
— Не стреляй! — раздался жалобный голос.
Атби вгляделся. Карщик. Тот самый, который бросил свой агрегат, а сам сбежал.
— А ну слазь!
Карщик с опаской поднялся и на карачках, медленно полез к нему, скользя и оступаясь на покрытых желтоватым жиром тушах. Все это происходило так медленно, что пришлось еще раз пригрозить пистолетом.
— Где тут топор?
— Какой топор? — опешил перепуганный рабочий.
— Которым рубят! Не понял, а?
Топор оказался прямо около входа. Он лежал на засыпанной солью изрубленной колоде. Атби, войдя со света в полумрак, просто его не увидел.
Он вышел на дебаркадер, держа в одной руке большой мясницкий топор, а во второй пистолет, которым подталкивал в поясницу карщика.
— Принимай работника! — крикнул он, бросая топор вниз и стволом заставляя последовать за ним рабочего.
В этот момент он увидел у штабеля старых поддонов, сложенных под стеной соседнего корпуса, человека. Тот сидел на корточках и смотрел в его сторону. Точнее, прямо на него. Это был тот самый тип, которого чуть было не задавил Ваха несколько минут назад.
