— Бери шире — это ты сам. Ты сам, выраженный в одном слове. Ну, в большинстве своём, — согласился Скай. — Но ничего не может быть точным на сто процентов. Даже бесконечность размыта, хотя это самое что ни на есть точное понятие из всех, о которых я когда-либо слышал. Поэтому и плюс-минус, для точности.
И разговор затих. Просто затих, не из-за того, что возникло неловкое молчание, что больше нечего было спрашивать и нечем делиться. Не потому, что кто-то говорил то, что сложно понять, и не из-за того, что тёплый ветерок хоть и не был летним, но всё равно убаюкивал. Просто сам разговор нуждался в тишине, чтобы осесть в мыслях каждого.
— Эстер, извини за вопрос, а вот у тебя она есть? Бесконечность.
— Ой, — девушка тяжело вздохнула. — Не ожидала этого вопроса и не была к нему готова, честно. Я из тех, кто любит формулировать важные мысли заранее. Но я постараюсь, Мия. Сейчас, только дай мне пару минут.
Стоило посмотреть на неё и возникало чувство, что созвездия помогали ей думать. Обычный человек глянет вверх и увидит мириады белых точек. А Эстер смотрела иначе, будто там, на полотне — знаки: ответы, что спрятаны в созвездиях и образы, нарисованные туманностями. Мелодия, которую наигрывал Скай, звучала тихо, но из-за неё космос представлялся не таким уж далёким.
— Если выражать одним словом… — она задумчиво покачала головой, будто согласовывая ответ с внутренним “я”. — То эмпатия. Объясню. Всё дело в настоящих эмоциях человека. Чувства людей — это важная часть меня самой. Раньше я думала, что только хорошие, но сейчас понимаю, что и тяжёлые эмоции играют важную роль. А я хочу быть рядом, когда всё из рук вон плохо и показать, что всё пройдёт. Пройдёт, и тогда мы будем радоваться тому, что вызывает эйфорию. Отчего мурашки по коже. Только бы всё это было искренне. Мне хочется, знаешь, сломать эту баррикаду и помочь человеку быть собой. Даже сейчас, вроде ничего особенного, но просто послушайте, пожалуйста.
Скай снова перестал играть, уже в который раз. Мия прислушалась, а Вилсон как был тихоней, так им и оставался. До них донеслись хорошо знакомые голоса Докса и Венди.
— Просто спрыгни вниз, пожалуйста. Я клянусь, всем скажу, что это несчастный случай. Ну почему ты такой осёл. Почему?
— Ты, значит, истеричка. Живи в своём мире, где божьи коровки не линяют, но пожалуйста, мне его не навязывай. Я буду, это… отстаивать правду, ага!
Мия сдержанно засмеялась и шепнула:
— Они спорят с целый вечер, да?
— Нет. С утра. Это четвёртый спор за день, — деловито заявил Вилсон и Эстер пожала плечами.
— Не рекорд. Хоть это и странно, но я без этого не могу. И их ссоры, и их тёплые слова друг другу — мне всё это нужно. Мне хочется быть рядом и в… в самые разные моменты жизни. В-о-от. В целом, я ответила на вопрос?
— Да и не в целом ответила. Очень красиво говорила, будто и правда готовилась.
— Импровизация и вдохновение делают своё дело. Раз уж заговорили о таком, то передаю слово Вилсону. Давай, твоя очередь отвечать на серьёзные вопросы. Вот ты можешь выразить свои мысли?
— По поводу? — без особого энтузиазма переспросил мужчина.
— По поводу того, о чём мы говорили.
Следуя всем правилам флегматизма, Вилсон спокойно упаковал свою трубку в небольшой футлярчик, который спрятал за пазухой.
— Я согласен с тем, что говорил Скай. Мне тоже присуще счастье, возможно, оно даже заключается в больших мелочах, чем ваше. Но я не люблю давать форму вещам, которые должны оставаться бесформенными, — заключил он и вежливо кивнул. — Поэтому оставляю вас и иду спать. Благоночья.
Попрощавшись только с ними тремя, мужчина с густыми усами был первым, кто покинул крышу. Почти сразу за ним ушла Мелисса, а затем Кейтлин.
— А ты, Скай? У тебя есть бесконечность? — поинтересовалась Мия.
— Спрашиваешь! Естественно есть, — гордо ответил он. — Кому как не путешественнику знать о том, что по-настоящему не имеет ни конца ни края?
— Поделишься?
— Запросто. Но!
Он поднял палец вверх и снова произнёс «но». Затем ещё раз, привлекая внимание, и ещё раз, на всякий случай.
— Но я тебе покажу свою бесконечность. Нет, не буду говорить о ней, а покажу. Потому что это тот случай, когда нужно один раз увидеть, а не много раз услышать. Даже если ты можешь услышать это бесконечность раз, плюс-минус, то всё равно лучше один раз увидеть. Поэтому в любой случайный день, в любое время суток я прихожу к тебе, и мы идём смотреть.
— На…? — помогла ему Мия, ожидая услышать логическое завершение предложения.
— На мелочи, если серьёзно. Но ты же помнишь девиз самого крутого путешественника из всех? Великое начинается с малого. Это важно.
— Хорошо. Тогда я готова к внезапному путешествию, — довольно ответила Мия и улыбнулась. — Покажешь, а я буду ждать. В любой день.
— И в любое время.
— Только не забудь.
— Вот ещё!
