— Открывай глаза.
Знакомый голос почему-то воспринялся как сигнал к завершению. Сначала опустилась рука, разорвалась мысленная цепь с банкой, а только потом открылись глаза. Она чувствовала, что дышит очень быстро и прерывисто, но ничего опасного с её телом не произошло. То ощущение, которое и резало, и чего только не делало, начало постепенно отступать, а через несколько секунд, кажется, исчезло совсем, вслед за утихающим холодом.
Всё та же банка стояла перед ними двумя. На таком же расстоянии, повёрнутая той же стороной и ни капли, ни капли не изменившаяся.
— Получилось ощутить хоть что-то?
— Неужели ничего не произошло? — в голосе читался стыд. — Совсем ничего?
— Мия, ответь на мой вопрос. Ты что-то ощущала?
— Холод в пальцах. А ещё усталость и чувство, будто у меня что-то болит. Но я не знаю, как описать, что именно.
— Интересно. У тебя дрожали руки, — задумчиво отозвалась та. — Амарантин тратился, но форму не приобрёл. Поэтому я попросила остановиться.
— А почему? Почему не приобрёл?
— Может способ неправильный. А может…
Эстер задумалась. Мия обратила внимание, что её наставница уже не первый раз прикусывала губу и ходила туда-сюда, когда всерьёз о чём-то думала. Какое-то время вопрос витал в воздухе, но, даже судя только по бодрому голосу подруги, решение всё же нашлось.
— Вот что, несколько раз мы попробуем так же. А вот если не получится, то будем искать нужный способ. Ты направляла энергию через себя на цель — это рабочая схема, но мы попробуем поискать другие способы. Что-то интереснее и необычнее. И вот тогда точно должно получиться. Главное — проявить смекалку и найти действенный метод.
— Хорошо. Обещаю, что сделаю…
Ноги Мии подкосились. Она почувствовала абсолютное отсутствие сил и села на землю. Чувство, что непонятный дискомфорт ушёл, оказалось ложным — сейчас его тяжесть ощущалась сполна. Она представила себя хилой девчонкой, которая пришла тягать тяжёлые булыжники и облажалась на самом первом. Голова сильно кружилась, и появилось чувство тошноты. Тело покрылось испариной и дрожало, словно боясь того, что только что случилось. Удавалось только медленно вдыхать воздух и так же медленно его выдыхать. Так казалось, что тошнота становится слабее.
— Эстер, — медленно проговорила она. — Что-то мне совсем не по себе.
— Понимаю. Ты прости, что не сказала сразу. Боялась обить запал. — Наставница присела рядом, но никакой жалости в её словах не было. — Такой вот побочный эффект, называется “таяние”. Ужасное чувство, знаю, но его испытывают почти все, когда амарантин на нуле. Так что переживать совсем не стоит. Всё же это первая попытка выйти на контакт со своим ароматом в твоей жизни. И очень хорошо, что оно не такое уж сильное, потому что я, когда открыла свой аромат, потеряла сознание.
— Я близка к этому. Кажется.
Эстер аккуратно положила руку на плечо. Будь всё это хоть немного опасным, она бы точно распереживалась. Но сейчас её поведение было спокойным и подсказывало, что никакой угрозы нет.
— Амарантин кончился быстро потому, что совсем не развит. Пусть аромат и не проявился, ты ведь потратила амарантин в попытке найти его. Но если будешь из раза в раз работать над этим, то научишься чувствовать, когда стоит остановиться. В упорстве и есть главная сложность развития аромата. Поэтому вот для тебя и хорошая новость — ты всё лучше и лучше будешь чувствовать свой аромат, если начнёшь работать над ним. Ну а плохая — с “таянием” ты столкнёшься ещё не раз. Держись, это нужно переждать. Просто дай себе время отдохнуть. Может, тебе принести что-то поесть или попить?
— Ужас какой, — прикрыв рот, пробубнила Мия. — Если ты знаешь это состояние, то зачем говорить о еде? Мне сейчас даже думать о ней страшно.
— Меня саму удивляет, но у многих при таянии просыпается просто зверский аппетит. Готовы съесть что угодно, даже жирное и жареное.
— Не издевайся. Стоп. Ни слова о еде, — Мия усмехнулась настолько, насколько это было возможно сделать в её состоянии. — А амарантин он как, сам по себе… Восстанавливается? Ускорить нельзя? — Не было сил на длинные предложения.
— Нет. Ждать и всё. Минут десять-пятнадцать, и начнёт отпускать.
Мия ничего не ответила, а просто взялась за голову и простонала.
— Ну ты чего? Для первого раза очень неплохо вышло, правда. Тренировки с ароматом — тонкое искусство. Полчаса теории и минута практики заменяют четверть часа прыжков на месте. Ты умница.
Сидеть стало тяжело и Мия навзничь легла на землю.
— Хочу стараться. Чтобы тренировки не прошли зря. Только бы нашла что-то подходящее для меня. Что мне понравится, а не какую-то скуку. Не хочу быть повелительницей скуки. Ф-у-у-х-х…
— Нет плохих ароматов — есть ленивые носители. Пока можешь подумать о том, что могло бы подойти. А вот чтобы это стало частью тебя… В общем, мы ещё поэкспериментируем.
— Пока я наэкспериментировалась, спасибо.
Эстер скрестила руки на груди и строго, но в своей манере, по-доброму, посмотрела на развалившуюся на земле ученицу.
— Так, жалеть и хвалить тебя буду я. А саму себя нельзя.
— Первая тренировка. Дай прийти в себя.
