Носильщики обошли шест, очевидно, чтобы человек в капюшоне на носилках мог хорошо видеть изуродованное тело Эдисона. Затем носилки вынесли из круга и установили на большом плоском валуне неподалёку. Носильщики обступили носилки, словно в ритуальном порядке, когда фигура в белом шагнула вперёд, благоговейно взяла края одеяла и, пропев короткое заклинание, сбросила его.
ДОМ БАСТИЕНА НАХОДИЛСЯ В ЛАС-КАМПАНАС, престижном гольф-комплексе недалеко от Санта-Фе. Подъезжая к дому, Нора окинула взглядом всё: элегантный дом из самана и камня в современном стиле Санта-Фе, гараж на четыре машины, панорамный бассейн, теннисный корт и потрясающие виды.
«Неплохо», — сказала Корри, паркуя машину.
Они вышли. Когда они поднимались по мощёной дорожке, дверь открылась, и на пороге появилась молодая блондинка в кожаных сапогах, шёлковой рубашке и жилете. В одной руке она держала хлыст и шлем. Прежде чем они успели представиться, она обернулась и крикнула в дом: «Рэндольф, ФБР приехало».
Она отошла в сторону, пропуская их, не представившись. Через мгновение появился мужчина по имени Рэндольф, гораздо старше, крепкого телосложения, с аккуратно подстриженной седоватой бородой.
«Я пойду кататься», — сказала женщина от двери. «Оставлю тебя развлекать этих людей».
«Да, дорогая», — сказал он, поворачиваясь и приглашая Нору и Корри войти.
Женщина повернулась и побежала по дорожке, оставив за собой облако дорогих духов.
Нора сначала предположила, что эта женщина — сестра Бастьена, но из разговора стало ясно, что это его жена — видимо, своего рода трофей.
Корри не теряла времени, показывая свой значок. «Специальный агент Коринн Суонсон, — сказала она, — и консультант ФБР доктор Нора Келли пришли, чтобы допросить Элоди». Бастьен».
«Ладно, ладно. Присаживайтесь», — сказал мужчина, провожая их в просторную белую гостиную. «Она всё ещё не разговаривает».
«А вы мистер Бастьен?» — спросила Корри.
«Рэндольф Бастьен, отец Элоди», — сказал он, не предлагая руки.
«Можем ли мы задать вам несколько вопросов, мистер Бастьен, прежде чем мы увидим ее?»
"Вперед, продолжать."
Они устроились в нескольких ультрасовременных, но крайне неудобных креслах. Корри достала телефон. «Не против, если я запишу?»
«Давай», сказал Бастьен.
Пока Корри клала трубку, направив на него микрофон, Нора воспользовалась возможностью повнимательнее рассмотреть Бастьена- старшего. На нём был синий блейзер с золотыми пуговицами, белые брюки, чёрные мокасины с пряжками в виде мундштуков и бордовый аскот, зачёсанный на шею. Волосы были зачёсаны назад, лицо – пухлое, щёки – румяные и варикозные.
«И это, — спросила Корри, — была миссис Бастьен, я полагаю?»
«Да», сказал он.
«Мать Элоди … где?»
«Денвер. Разведен. Какое тебе до этого дело?»
Корри холодно улыбнулась ему: «Просто фотографирую семью, вот и всё».
«Элоди не разговаривает», — резко сказал он.
«Вы упомянули об этом», — сказала Корри. «У меня есть несколько вопросов о её жизни, образовании, работе и душевном состоянии. Если позволите?»
«Хорошо», — он взглянул на часы.
«У Элоди была докторская степень по археологии в Университете Нью-Мексико, верно? Насколько я понимаю, она училась у профессора Оскарби».
Короткий кивок.
«Знаете ли вы, были ли у нее отношения с доктором Оскарби?»
"Что ты имеешь в виду?"
«Романтические отношения».
«Не знаю. Я не проверяю её бойфрендов. Какое это имеет отношение к делу?»
«Мистер Бастьен, — сказала Корри, и её голос стал резче, — ФБР решит, что имеет отношение к делу, а что нет. Конечно, вы не обязаны отвечать на вопросы».
«Я отвечу на них», — сказал он с раздражением. «Элоди была взрослой женщиной. Она жила своей жизнью. Я не вмешивался».
«Была ли у неё депрессия? Лечилась ли она когда-либо по поводу каких-либо проблем с психическим здоровьем?»
«Насколько я знаю, нет».
«Но как её отец, вы должны были знать, не так ли? По крайней мере, в то время, когда она была несовершеннолетней?»
«Вам придётся спросить её мать. Я был очень занят, когда Элоди была маленькой, и моя жена занималась семейными делами». Он заёрзал на стуле.
«И чем же вы занимались, что были так заняты?» — спросила Корри.
«Я управлял хедж-фондом».
«Понятно. А теперь: после получения докторской степени она продолжала общаться с профессором Оскарби или его бывшими учениками?»
«Понятия не имею. Я не следил за её жизнью».
«Она владеет небольшой компанией, занимающейся археологическими раскопками, верно?»
"Это верно."
«И как это работает?»
«Это всего лишь она — фирма, которой руководит одна женщина. Насколько я понимаю, она выполняет подрядные работы для Департамента транспорта Нью-Мексико. Обнаруживает археологические памятники во время дорожного строительства и всё такое. Это всё, что я знаю».
«Были ли у нее парни или романтические партнеры?»
«Не знаю. Я никогда таких не встречал».
«Как часто вы видитесь с дочерью?»
На этот вопрос повисло короткое молчание. «После моего повторного брака — нечасто».
«Можно поподробнее? Когда вы видели её в последний раз? До этого момента, конечно».
«Год и восемнадцать месяцев».
«Но вы живете в том же городе».
