– Уходи, я тебя не держу! Если сможешь, – он показал пальцем на бородатого, – вот кто привел тебя сюда, он тобой и распоряжается, а мне, по праву достается самое сладкое! А знаешь, что люблю? Языки, и ты, слишком много болтаешь, а мне нравятся болтливые языки, – он облизнулся. Не для того я тебя выслеживал несколько месяцев, чтобы взять и отпустить.
– Я приношу лишь проблемы, – заявил Никола.
– Нам ты принесешь лишь удачу. Наша Богиня требует жертву, поистине великую жертву! И мы не упустим шанса угодить ей! Ты будешь ангельским агнцем, истекающим кровью, которую мы будем пить из кубков! В честь урожая, в честь бессмертного имени Беллатрисы!
– Давай быстрее покончим с этим, плут! Оборотень! Корчил из себя больного, чтобы поймать меня? Ты жалок!
– Знаю, знаю, уродство мой благодетель, поэтому нужно покончить с тобой, и чем быстрее, тем лучше, а желательно к обеду, – он кивнул слуге, и желательно принести тебе море мучений. Сначала отрезать тебе конечности, обглодать твои пальца, приняться за твои внутренности! – Ирод надолго замолчал, из толпы лишь доносился звук дыхания и хрипы.
Вот скажи мне ничтожество, что ты хочешь? И кем ты себя возомнил? Спасителем? Ты посмел построить заговор, с целью свержения нашего божества, которого мы трепетно чтим! Ты посмел заикнуться о свободе! Истинная свобода – пребывание под властью и милостью королевы! Её власть безгранична!
Ты захотел спасти людей? От кого? Захотел разрушить основы нашего процветания! – Ирод перевел взгляд на толпу, – посмотри на них, они уроды, изувеченные жестокостью; маньяки, насильники, убийцы, от кого ты хочешь их спасти? А нужна ли им твоя помощь? Ты их спросил об этом? Кем ты себя возомнил, спасителем? Посмотри в их глаза, ненасытные, голодные! Хочешь, я покажу, как они нуждаются в твоей помощи? Хочешь? Скормлю тебя им! Все, что они едят – это крысы и человечина! Стоит только кинуть тебя в самую гущу и тебя разорвут на куски, ублюдок!
Мы призовем Киола, из глубин шеола, из тех мест, где он приобрел вечный сон! И поэтому нам нужна твоя плоть!
А что касается моего племени, их воспитал я, они мои дети! И я делаю все, что пожелаю с ними! Либо подчиняются, либо они идут гарниром к обеду во имя нашей королевы!
– Так кому же вы поклоняетесь? – заикнулся Никола, но его сильно ударил охранник.
– Наша королева – прародительница всего мерзкого и падшего! Само исчадие ада! Её мощь и всемогущество заслонило тенью наш мир, и мы последние из ничтожеств, свято верим в её непоколебимость! Она придет в новом обличье, и сожрет нас! Мы принесем себя в жертву, во имя любви к ней!
– Безумен, с ума сошел, точно сошел! – подумал Никола, – лучше мне заткнуться! Что делать? Что делать? Похоже я труп! Он, и правда, сумасшедший!
– Твой друг не уйдет от возмездия, за ним я посылаю своих лучших рабов, пусть принесут мне его голову! И золото! Металл творящий чудеса! Дар богов, как этот кубок, наполненный кровью всех неверных! – Ирод отпил из кубка, вытер губы от крови и продолжил.
– Ваши боги слабы, у них нет власти, нет сил, чтобы вырваться из оков. Существо вас не спасет, шар наполнится её слезами! Горькими! – Ирод вновь отпил из кубка, – оплакивать вас будет некому, ибо ваш народ принесен в жертву! Кровожадный тиран захотел умыться вашей кровью, последних низших тварей, варящихся в собственном соку в котле, под названием Дно!
Поработители всего человечества к нам милостивы! Тебя, как преступника принесем в жертву сегодня же! – толпа взволнованно смотрела, словно участвовала в, своем роде, театральном представлении, ожидая, что вот-вот кого-то из зала привлекут в спектакль. Затем оратор с наигранным и высокомерным движением, указал рукой к небу, словно взывал помощь Богов, поднялся с трона, подошел и пнул голой грязной ногой Николу в лицо.
Обнаженная императрица лежала посередине роскошной спальни Императорского Дворца. Её грудь то опускалась, то поднималась, приведенная в возбуждение страстью и наркотиками. После ночи извращений с собственным мужем, она, обессиленная, смотрела в золотистый потолок, украшенный старинными фресками со сценами Рая.
– Любимый, – обратилась она к Императору, разгуливающему по балкону и курящему сигару, – давай убьем их всех, жалких насекомых!
– Ты о ком, дорогая?
– О грязных вшах, заполонивших наш город! Предателей! Убьем и паразитов Дна, которых мы оставили в живых и оберегали многие годы. Ни хочу, чтобы они существовали, ненавижу их! Всем сердцем ненавижу! Мерзость одна! Готовят замыслы против нас… Они слишком быстро плодятся и должны поплатиться за это! Нам, будущим богам, не нужны восстания рабов!
– Всему свое время. Один огород уже очищен от насекомых.
– Один? Только один? Уже? Когда же?
– Да, мы избавились от него, видела бы ты, как они жарились! Словно черви на костре, извиваясь, что доставило мне незабываемое удовольствие! – Император потер руки, – на балу будут свежие запеченные языки!
– Хотелось бы видеть милый их агонию! – почти прохрипев, сказала Беллатриса.
