В таком виде его нашли слуги, все же решившись войти и привести принца в чувства, перед предстоящим праздником.
Они силой вынесли его из комнаты. Эр сопротивлялся, кусался, рвал волосы, но вскоре стих и смирился, оказавшись под струей холодного душа. Он тихо плакал.
Вооруженный отряд открыл ворота, и устремился в сторону передовой, на которой были слышны одиночные выстрелы, стоящих друг перед другом изгоев и ополченцев, тем временем производственная жизнь Дна шла своим чередом, роботам не было дела до перегрызающих друг другу хвосты человеческих крыс.
Слышны были и ругательства, посылаемые направо и налево, плевки и песни. Никто не решался нападать друг на друга с таких невыгодных позиций. Отряд подбежал к сидящим за укрытиями соплеменникам и рассредоточился. Среди них оказался и новоизбранный вождь, скрывающийся за серой неприметной мантией.
– Эй, вы там, что вы уставились на нас, как бараны на ворота? Что вам нужно? – закричал он во всё горло.
Его послали куда-то подальше, на своем «не пойми каком» диалекте.
– Позовите вашего вождя, мы будем говорить! – крикнул он, и после этих слов в стане Изгоев наметилось некоторое движение. Через некоторое время появилась шатающаяся фигура.
– Кто взывал великого и могучего вождя племени Изгоев? – закричал переговорщик.
– Великий и могучий вождь племени бледнокожих, – чуть было не рассмеялся тот, – он готов говорить?
– Наш вождь готов выслушать тебя, о, соперник! – дикарь протянул руки вверх.
– Мы хотим уйти из этой дыры, раз и навсегда, а вы стоите у нас на пути, и не понятно мне из-за чего вышел весь этот сумбур!
– Вождь отвечает, что у вас наша добыча, он ведет стаю на великую охоту!
– Так вот что, вождь, ваша добыча не так глупа, что бы прятаться у нас в городе, мы бы её лишили такой возможности, ради собственной безопасности, и поэтому, призываю вас развернуться, и начать преследовать свою дичь, пока вы её совсем не потеряли, – солган вождь.
– Вождь сказал, что вы лжете – передал говорящий.
– Скажи вождю, что пусть отрежет мне язык, если я лгу. Ваша добыча свалила из города, убив вашего соплеменника. С ним две грязных женщины, одна из них немая. Они сбежали из нашей тюрьмы, и через нечистоты выбрались из города.
– Вождь требует доказательств.
– Доказательства будут, пусть двое ваших самых зорких воина без оружия встанут на дороге, и пусть видят всех выходящих из ворот. Затем можете обыскать опустевший город. Воевать нам с вами глупо, силы не равны, и нас здесь больше чем вас. Вам решать.
– Вождь думает!
– Думай, думай, мешок набитый требухой! – прошептал бородатый.
– Наш великий и могучий вождь согласен!
– Тогда пусть отведет свое войско назад, а мы отведем свое.
Вожди, подав сигналы своим, отошли на безопасное расстояние.
После долгого спора, к городским воротам подбежали два татуированных беззубых воина людоеда.
– Никола, – позвал его Безымянный, – тебе нужно спрятаться, видишь ту бочку с непонятной жижей, которая прикрыта крышкой, и стоит на телеге?
Они подошли к небольшой телеге.
– Вижу, но только не в это дерьмо! Нет! Хватит с меня!
– В это. Выбора нет! Воняет ужасно, не спорю! Но придется тебе искупаться, либо тебя, как минимум, сварят на обед людоеды. Так что давай-ка, не упирайся. Тем более это даже не фекалии, это отработка масла! Но выглядит, как фекалии…
К ним подошел гоблин.
– И что ты думаешь так долго? Изгои почувствуют подвох! Давай прыгай, либо я сам тебя туда посажу! Мы тебе жизнь спасаем! Из-за тебя вся заварушка! Только рану не мочи! Не мочи, я тебе говорю! – он пригрозил, как оказалось, огромным кулаком.
Никола брезгливо приподнял крышку.
– Какой ужас, – его стошнило.
– Так-то лучше, лезь же! – подгонял его гоблин, и давай свой рюкзак.
Никола залез в бочку и затих, сверху его присыпали опилками.
– Какой позор… – прошептал он, стараясь не дышать.
Содержимое бочки всплыло по самый подбородок. Николу вновь стошнило, и начало болтать из стороны в сторону, но бочка держалась твердо, и не переворачивалась. Мерзкая жижа булькала.
– «Как же воняет! Лучше бы я сам сдался, пусть меня съели бы, но не пришлось тогда терпеть такое!» – думал Никола.
Дикари пристально разглядывали каждого горожанина, выходящего из ворот, иногда срывали капюшоны, чтобы рассмотреть лица. Проверяли телеги. Некоторых особо подозрительных тормозили, советовались между собой, затем отпускали догонять своих.
Настала очередь телеги с бочкой.
Изгой решил проверить добро, просмотрел две пустые тары, и принялся за наполненную бочку с, как ему показалось, фекалиями. Он успел почуять неприятный запах исходивший из под крышки.
Чуть приподняв её, сразу же отбросил и поморщился, махнув рукой непоседливому, вонючему и грязному старику рукой.
– Убирайся, вместе со своим дерьмом! – не выдержал он. Над ним начал смеяться второй дикарь, с большой отвисшей нижней губой, и беззубым ртом.
Изгои принялись грабить город, тащить из него пожитки, оставленные его жителями.
Никола слышал лишь бульканье очаровательной эссенции, в которой находился, и смирился со своей участью.
