– Твоя сука, Басмачёв. Ты меня воспитал, – руки предательски дрожат, но я упорно пытаюсь расправиться с его ширинкой.
Мишка издевательски усмехается, но помогать не собирается. Гад.
– Уверена, что не пожалеешь потом?
Начинаю злиться. Можно подумать, его это беспокоит.
– Уверена!
Мишка убирает мои руки от своей ширинки и расстёгивает штаны сам. Раздевается, не отводя от меня пристального взгляда.
А я дрожу от предвкушения и неверия в происходящее. Неужели и правда… Мой теперь? Это же правда? Не сон?
Нет, не сон. Это я понимаю сразу же, как только Басмачёв озверело распахивает мой халат, наваливается своим огромным туловищем и устроившись между моих ног, склоняется к груди.
Помимо нездорового интереса, у меня ещё и желание просыпается. Не такое, как когда он пьяный меня тискал. Настоящее. Живое. Оно поднимается откуда-то из глубин и потихоньку пробирается дальше, пленяя и захватывая тело полностью.
Языком ласкает ставшие острыми от его горячего дыхания соски, слегка прикусывает и снова зализывает. Это напоминает какую-то традицию, его фетиш. Словно для Миши важно ласкать меня, а не взять по-быстрому. И я это ценю. Очень хочу ответить ему взаимностью, но, честно говоря, не знаю что делать.
То есть, я, конечно, знаю о минете, и прочих ласках. В теории. В жизни не пробовала ни разу и теперь, когда он рядом, просто растерялась.
Однако, Басмачёв и сам замечательно справляется. Царапая мою кожу своей жёсткой щетиной, доводит до исступления. Сладкая боль растекается по всему телу и находит своё средоточие внизу живота. Там всё ноет, ищет выхода. Ещё немного и я взорвусь от желания. Но вместе с возбуждением приходит и осознание всего происходящего.
А что будет завтра? Когда страсть спадёт? Он сделает вид, что ничего не было? Уйдёт?
И мне жизненно необходимо знать это. Сейчас.
– Подожди, – чуть отталкиваю, но он сжимает мои запястья одной рукой, заводит за голову и прижав к постели ещё сильнее, продолжает истязать то грудь, то шею.
Поднимается к губам, впивается в них, как изголодавшийся и проникает языком в мой рот.
Из последних сил отворачиваюсь, заглядываю в его глаза, в пламени которых теряю себя.
– Миш… Ты ведь меня не бросишь после этого?
Он отстраняется, улыбается мне по-доброму.
– Испугалась?
Я не знаю, что чувствую сейчас. Это не страх, нет. Это что-то между желанием наплевать на всё и следовать за инстинктами и выбраться из-под него, чтобы позорно сбежать. Сбежать, потому что я не выдержу, если снова вытрет об меня ноги.
Или всё будет наоборот… Я не выдержу его любви. Той самой, о которой столько мечтала. Той, что убить может.
– Просто ответь.
– Тебе теперь от меня не сбежать, даже если попытаешься, – и тут же затыкает мне рот поцелуем, таким бешеным, обжигающим…
А я чувствую, что теряю связь с этим миром и улетаю. Все барьеры снесены, а были ли они?.. Отчего-то голова кружится и ноги дрожат, тело будто не моё уже, принадлежит кому-то другому. Но чувствую каждое его прикосновение. Как трусы с меня сдирает и двумя пальцами в промежность ими входит. Второй рукой зажимает мои волосы в кулак и запрокидывает мне голову. Языком влажным по шее и пальцами внутри двигает резко, почти до боли.
Слышу собственный стон и сжимаю мышцами его пальцы, а Миша рычит мне в шею, прикусывает кожу.
– Моя девочка маленькая. Моя умница, – вытаскивает из меня пальцы и круговыми движениями размазывает влагу по клитору. – Не бойся, отпусти себя. Доверься мне, – и снова внутрь толкается, на этот раз глубже.
– Ай! – вскрикиваю, сжимаю его руку, пытаясь оттолкнуть, но Басмач продолжает свои грубые ласки, не обращая внимания на слабое сопротивление.
– Доверься!
И я понемногу расслабляюсь. Насколько, конечно, это возможно в данной ситуации. Развожу ноги в стороны, позволяя ему продолжать, и корю себя за трусость.
Я ведь должна быть готова к этому. Сколько раз мечтала об этом дне. Да я даже не была уверена, что он когда-нибудь наступит. И вот… Струсила, как сопливая девчонка.
Между тем его пальцы выскальзывают из меня, дразнят, потирают клитор и внизу появляется какая-то сладкая тяжесть. Такая томительная и в то же время невесомая. Она растекается по всем конечностям приятным покалыванием и приближается что-то, отчего я сейчас взорвусь и рассыплюсь на мелкие частички.
И меня накрывает. Это не обычный оргазм. Не такой, как от самоудовлетворения, коим я занималась не раз, представляя картину, что сейчас наблюдаю вживую. Он другой. Отключает разум и оставляет лишь голые эмоции, инстинкты на уровне звериных.
Как в тумане вижу Басмачёва, его улыбку коварную, хитрую. Как пальцы, которые только что во мне были, подносит к своим губам и облизывает жадно, при этом глядя мне в глаза. А у меня от этого зрелища всё внутри сжимается, вибрирует.
Немного отстраняется, берёт меня за ноги под коленками, морщится от боли, но тянет на себя. Словно со стороны вижу, как пристраивается и потихоньку входит в меня своим большим, ровным членом. От первого касания вздрагиваю, но ловлю его ободряющую улыбку и расслабляюсь, чтобы в следующий момент закричать от боли.
