Внутренний голос тихо напомнил Руне, что вечер еще не закончен, гости не разошлись. Надо встать, спуститься вниз и вернуться к роли хозяйки.
«Я только совсем чуть-чуть отдохну и сразу спущусь», – сказала она голосу.
Между ними повисла тишина, Алекс погрузился в себя и некоторое время оставался там, чтобы собраться с мыслями.
Необходимо внимательно проанализировать и рассмотреть каждую, прежде чем явить миру.
Когда-то его долгие паузы раздражали Руну. Она не понимала, что они означают, и пыталась заполнить их своей речью. За годы дружбы она научилась любить это затянувшееся молчание – оно приносило такое же утешение, как его игра на рояле.
Когда Алекс заговорил, ее состояние можно было назвать скорее полусном, нежели бодрствованием.
– Руна?
– М-м-м…
– Что бы ни было у тебя с моим братом, это надо прекратить.
Матрас пришел в движение – Алекс поменял позу и сел, а потом потянулся и снял одну, а потом вторую туфлю с ног Руны. Она хотела сказать, что туфли надо оставить на месте, что она сейчас встанет и спустится вниз к гостям, но Алекс справился быстрее, чем Руна успела собраться с силами и произнести несколько слов.
– Гидеон одержим охотой на ведьм. Он убьет тебя сразу, как только узнает, кто ты.
– Почему он так сильно меня ненавидит? – спросила она, по-прежнему не открывая глаз.
Руна почувствовала, что Алекс лег рядом, на этот раз на бок, лицом к ней, потому что теплое дыхание коснулось щеки.
– Мой брат жил во дворце и был свидетелем ужасных вещей, которые там происходили. Такое безвозвратно меняет человека.
Руна вспомнила причину, которую назвал Гидеон, отказываясь от вина. «Когда-то это было необходимо мне для выживания».
Ей хотелось знать больше, но все же нехорошо выпытывать секреты человека у его брата.
Алекс так и не ответил на ее вопрос. Гидеон возненавидел Руну в день их встречи пять лет назад, задолго до травмы, на которую намекал Алекс. Руна считала, что в ней есть нечто особенное, что Гидеон не выносит.
И это беспокоило больше, чем она готова была признать.
Алекс вытянул руку. Руна подняла голову, позволяя положить ее – получилась нечто похожее на подушку.
– Гидеону уже не помочь. – Алекс перевернул Руну на бок и прижался к ее спине. – А ты можешь еще спастись.
Она бы сейчас точно закатила глаза, будь они открыты.
«Мы знакомы семь лет», – подумала она, вспомнив день, когда впервые увидела Алекса. Ей было одиннадцать, они с бабушкой шли в королевскую библиотеку. В этом здании из стекла хранилось великое множество книг с заклинаниями, но потом Кровавая гвардия сожгла их дотла, а здание сделало своей штаб-квартирой. Руна бродила между стеллажей и внезапно услышала музыку, доносящуюся откуда-то из глубин библиотеки. Мелодия вызвала бурю эмоций. Они переполняли, и Руна принялась осматривать этаж за этажом и вскоре нашла мальчика, который ее исполнял.
Должно быть, она произнесла это вслух, потому что услышала:
– Не было такого случая, чтобы предупреждение стало бесполезным. Будет намного хуже, если однажды в ответственный момент рядом не окажется никого, кто мог бы напомнить тебе об этом.
Не будь она такой уставшей, точно ущипнула бы его за руку.
Вместо этого Руна придвинулась ближе и вдохнула аромат чистоты, исходящий от сорочки, и расслабилась, кажется, впервые за долгий день.
Алекс был почти родным.
С ним было спокойно и безопасно.
– Руна?
Ему не стоило ничего говорить, все сказанное дальше заглушило бы громкое сопение.
Руна узнала, что она ведьма, в день шестнадцатилетия Алекса. Она потратила не один месяц на организацию праздника в Торнвуд-холле, заказала украшения, продумала развлекательную программу, за несколько недель составила меню.
Весь день она провела на ногах и к вечеру чувствовала невероятную усталость. Когда начались танцы, Руна ощутила в теле незнакомую боль, непривычные спазмы внизу живота. Ей стало так плохо, что она не могла продолжать беседу, не говоря о том, чтобы кружиться в вальсе, сосредоточившись на шагах. Но она – хозяйка праздника и была намерена выполнять обязанности до конца.
В ванную комнату Руна отправилась, ощутив, что между ног стало влажно. Оставшись одна, она подняла юбку, стянула нижнее белье и обнаружила…
Кровь.
Она не верила своим глазам.
Пятно пропитало хлопковую ткань насквозь. Руна сняла нижнее белье, включила кран и сунула их под воду. Затем схватила мыло и принялась тереть.
Она терла еще и еще.
Пятно осталось на месте. Более того, невероятным образом стало разрастаться.
«Я не ведьма, – крутилось в голове Руны, когда она смотрела на потоки черной воды, исчезающей в сливе. – Я не могу быть ведьмой».
Спазмы становились более болезненными. Ей так хотелось лечь на пол, свернуться калачиком и ждать, пока все пройдет. «Все будет хорошо, – твердила она себе. – Я спрячу белье в сумочку и сразу пойду домой в Уинтерси. Никто ничего не узнает».
