Оглядывая себя в зеркало, Руна повернулась и увидела, что кровь попала на юбку желтого шелкового платья, теперь на ней тоже образовалось черное пятно.
Если его кто-то увидит – или уже увидел, – это будет не только унизительно, но также раскроет ее.
Дыхание участилось, к страху добавилось отчаяние. Руна сняла платье, поднесла к раковине и принялась отмывать черную кровь. Она терла, пока не перестала чувствовать рук, но пятно не исчезло, напротив, оно стало больше и отчетливее на ярком шелке. Магия делала платье черным. Отрицать дальше нельзя.
Руна похолодела от осознания важности происходящего.
Ручка двери затряслась, и звук привел ее в чувство. Повернувшись, она увидела, что дверь открывается, и бросилась на нее всем телом.
– На втором этаже есть еще одна ванная! – выкрикнула она и тяжело сглотнула оттого, что сердце подпрыгнуло к самому горлу.
– Ой! – По ту сторону послышался голос Лолы Парсонс. – Прости, Руна.
Несколько минут она сидела, прижавшись спиной к деревянной двери, ожидая, пока Лола уйдет, и только потом заперла ее.
Окна в ванной комнате не было, единственная дверь вела в коридор, по которому постоянно ходили гости. Она не сможет выйти в мокрой одежде, да еще с черным пятном на юбке.
Положение безвыходное.
– Руна? – донесся из коридора голос Алекса. – Все в порядке? Тебя нет уже почти час.
«Алекс, помоги!» – едва не выпалила она. Но тогда придется рассказать ему правду.
Узнав, он может донести на нее. Конечно, они близкие друзья, но все же он убил королеву-ведьму, за что и был вознагражден.
Мокрое платье выпало из рук на пол.
– Руна? – обеспокоенно спросил Алекс.
– Я п-плохо себя чувствую, – с трудом произнесла она.
Алекс надавил на ручку, но замок был заперт и не поддался.
Руна невольно попятилась, и от страха по спине побежали мурашки.
– Руна, впусти меня.
– Мне бы не хотелось.
– Ты меня пугаешь. У меня есть ключ, Руна, я могу открыть дверь, но хочу, чтобы ты сделала это сама.
Она понимала, что не может оставаться здесь вечно и что у нее нет выбора, кроме как впустить Алекса. К тому же он все равно узнает, раз уж она ведьма.
Руна схватила одно из банных полотенец и обернула вокруг талии. Потом вытерла слезы, отперла дверь и отступила назад.
Алекс распахнул дверь и едва не отскочил, увидев ее полуголой, прикрытой лишь полотенцем.
– Почему ты?.. – Лицо его покрылось пятнами. Он собирался отвернуться, но заметил ее заплаканные глаза. Или, скорее всего, размазанный макияж.
Алекс помялся, но вошел и закрыл дверь.
Руна отступила еще на шаг и еще, пока не уперлась спиной в стену, ощущая, что настал конец всему – и дружбе, и жизни. Она опустилась на кафельный пол и зарыдала.
– Что случилось?
Алекс окинул взглядом лежавшее на полу платье и нижнее белье в раковине. На светлой ткани явственно виднелось черное пятно.
Руна видела, как менялось выражение лица, когда до него доходило, что значит увиденное.
Потом на нем появилась тень.
– Руна… Не может быть…
– Мне жаль, – прошептала она.
– Оставайся здесь. Никуда не уходи, – скомандовал он и, не сказав больше ни слова, скрылся за дверью и запер ее.
Руна легла на холодный пол, прижала колени к груди и подумала: «Он на меня донесет». Закрыла глаза из-за непереносимой боли в животе. Так она лежала и беззвучно плакала, ожидая появления стражей Кровавой гвардии.
Она могла бы открыть дверь и убежать, но какой в этом смысл? Кровавая гвардия будет искать ее и найдет.
Внезапно отворилась дверь, и появился Алекс с одеждой под мышкой и дымящейся кружкой чая в руках.
Руна даже не потрудилась сесть.
– Это от Эмили, – произнес он и положил одежду на пол. Эмили была его кухаркой. – И это тоже от нее. – Он поставил рядом кружку. – Говорит, это поможет облегчить боль.
Руна нахмурилась, не понимая, что все это значит.
– Я приготовлю для тебя горячую ванну, хорошо?
Руна заставила себя подняться и сесть. Алекс тем временем принялся наполнять ванну.
– Постой, а где стражи?
– Что? – спросил он.
Она сглотнула и откашлялась.
– Я о Кровавой гвардии. Когда они будут здесь?
Алекс развернулся и посмотрел на нее как на сумасшедшую.
– Руна, я сохраню твою тайну. – Открутив краны, он подошел к ней, опустился на колени и коснулся ладонью щеки. – Сегодня ты можешь остаться здесь и переночевать в свободной комнате. А завтра я что-нибудь придумаю.
Она смотрела на него с недоверием.
– Тебя казнят, если это станет известно.
Он улыбнулся и заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо.
– Пусть попробуют.
Руна обняла его и крепко прижала к себе. Именно в тот момент она осознала, что может доверять Александру Шарпу во всем.
По пути обратно в Старый город Гидеон успел несколько раз прокрутить в голове события вечера в Уинтерси-хаус.
Неужели он поспешил и допустил ошибку? Он чувствовал, как Руна трепещет от его прикосновений, и вино она вылила на него намеренно.
Он действовал излишне напористо.
