Алекс не успел закончить, потому что в комнату вошла Верити с подносом, на котором стояли чашки и блюдо с печеньем.
– Кто-нибудь голоден?
Алекс убрал руки и отвернулся. Краем глаза она видела, как он неслышно встал, прошел к камину и принялся разжигать пламя. Руна внезапно вспомнила слова Гидеона – признание, сделанное в саду: «Увидев рядом Алекса, я понял, что ты… девочка, о которой я не смею даже мечтать, потому что брат познакомился с ней первым».
Тогда Руна подумала, что он сказал так, желая разрушить ее дружбу с Алексом. Теперь же задалась вопросом: не имел ли он в виду что-то другое?
– Итак, как прошел ужин? – спросил Алекс, когда Верити поставила на стол поднос с чашками и принялась наливать чай.
Сначала Верити пересказала ему все, что уже знала Руна: о том, что ведьм держат за седьмыми вратами, о жетоне, дающем право перемещаться по зданию тюрьмы. И лишь потом поведала о пожаре, который наколдовала Серафина и чуть не убила Руну.
– Что сделала Серафина? – Алекс чуть не подавился чаем.
Руна встала с банкетки у рояля, прошлась по комнате и опустилась на двухместный диванчик.
– Нельзя сказать с уверенностью, что это Серафина. Ее руки были в кандалах – она не могла колдовать.
– Но кто еще это мог сделать?
В ответ – тишина.
Дождавшись, когда разгорится огонь в камине, Алекс отложил кочергу и сел рядом с Руной.
– Если они планировали провести чистку сегодня вечером, значит, у Серафины осталось немного времени. Надо вызволить ее как можно скорее.
– Она в седьмом круге тюрьмы, – напомнила Руна. – Чтобы открыть врата стойкости, понадобится жетон стража Кровавой гвардии.
Вопрос: как его добыть?
Верити достала из золотого клатча блокнотик и ручку.
– Если бы я могла с помощью заклинания «Призрачный образ» проникнуть в штаб-квартиру Кровавой гвардии, то нашла бы и униформу, и жетон. Проблема лишь в том, что у меня остался один флакон с кровью. Его я хотела бы оставить про запас – вдруг в тюрьме что-то пойдет не по плану.
Верити постучала кончиком ручки по подбородку.
– Возможно, с формой я тебе помогу. В нашем общежитии есть девушка, которая работает стажером в Министерстве общественной безопасности. К сожалению, жетон ей не выдали, но вот форму – да. – Верити оглядела Руну. – Вы примерно одного размера. Нам нужно лишь попасть в ее комнату, что совсем несложно. Что же касается жетона…
– Жетон достану я, – перебил ее Алекс.
Руна и Верети одновременно повернулись к нему.
– Как?
– Ты сказала, что такой есть у каждого офицера Кровавой гвардии высокого ранга. – Алекс покрутил тонкое серебряное кольцо на мизинце левой руки. – Мой брат – капитан Кровавой гвардии, и у него есть лишь одно слабое место, о котором мне известно. Если дашь мне несколько дней, я добуду жетон.
Насколько она помнила, Алекс отказывался вставать на сторону Руны или Гидеона. Точнее, отказывался отдать предпочтение ей.
Что же изменилось?
– Если только они не проведут чистку в ближайшие дни.
– Мне кажется, процедуру отложат до Дня свободы. – В глазах Верити появились блики от огня в камине.
В этот день будут отмечать вторую годовщину Новой зари – время после свержения революционерами королев. В День свободы планировались уличные фестивали и массовые празднования – от рассвета до самого заката.
– Согласна, – кивнула Руна. – Это публичное мероприятие, и Добрый командир считает, что на чистке должно присутствовать как можно больше людей, особенно когда казнят легендарную ведьму. До Дня свободы меньше недели – долго ждать не придется.
Сегодня вечером они лишились зрелища. День свободы – лучшая возможность все повторить.
Это значит, что им нужно воплотить в жизнь свой план.
Внезапные раскаты грома сотрясли дом.
– Пожалуй, вам обеим лучше остаться на ночь, – сказал Алекс, прислушавшись к барабанившему по крыше дождю.
Верити отрицательно покачала головой:
– У меня утром экзамен, и это самое важное. – Она спешно встала. – Мне надо идти.
– Тогда возьми мою карету. – Руна видела, что подруга буквально едва стоит на ногах от усталости. – По крайней мере, не вымокнешь.
На небе появились зигзаги молний, и свет проник во все окна, озаряя комнату. Руна пошла посмотреть, что происходит на улице.
По земле уже неслись потоки. Остается надеяться, что вода не успела размыть дороги.
Она дала указания кучеру и еще некоторое время стояла у парадного входа Торнвуд-холла, глядя вслед удаляющейся карете с Верити.
И даже не заметила, как рядом появился Алекс.
– Я распоряжусь, чтобы тебе приготовили комнату.
Руна десятки раз ночевала в Торнвуд-холле, но все это было до того, как Гидеон рассказал ей об ужасах, здесь происходивших. Вероятно, о многом он умолчал, оберегая ее от худшего. Стоило только подумать о том, что это могло быть, – и мурашки бежали по телу.
Руна лежала на кровати в гостевой комнате и смотрела в потолок, который видела над головой много раз, но теперь впервые задаваясь вопросом: «В какой комнате Крессида заперла умирающую сестру Шарпов? Где стоит та кровать, куда она загоняла Гидеона?»
