Бессмертен лишь человек полностью

Вбегает  С о н я.

С о н я. Петр Акимыч, несчастье!

К о ч у б е й. Какое?

С о н я. Буйнов ушел в море на катере… один!..

К о ч у б е й. Как один?

С о н я. Мы с ним присели на минуточку на камне. Я быстренько начала делать набросок. Вдруг откуда ни возьмись Зима. «Матрос Буйнов, что вы тут делаете? Почему вы здесь, матрос Буйнов, а не на гауптвахте?» — «Меня, говорит, отпустили». — «Кто?» — «Адмирал». — «Кто-о?.. Вы что мне голову морочите, что лжете?» — «Не лгу, товарищ капитан-лейтенант. Я, говорит, никогда не лгу!..» — «Прекратить разговоры!» — «Так не лгу я, не лгу!..» А сам побледнел, весь дрожит. «Прекратить разговоры, или я прикажу отправить вас обратно!» — «Так я не лгу и никогда никому не лгал, даже вам!» Зима увидел патрулей да как заорет: «Патруль, ко мне!» Буйнов бежать. «Стой! — кричит ему. — Стой, стрелять буду!» Он не останавливается. Зима глаза вытаращил, лицо у него побагровело, бежит впереди всех и громче всех кричит: «Стой!» Буйнов не останавливается, бежит к пирсу. Тогда Зима как завопит не своим голосом: «По злостному разгильдяю и морскому вредителю — огонь!»

К о ч у б е й. Стреляли?

С о н я. Вверх. Пока добежали, он уже отдал швартовы. Зима там рвет и мечет. Буйнов-то на его катере ушел!

К о ч у б е й. Я приказал матросу немедленно идти на корабль, а вы его усадили на берегу и начали рисовать.

С о н я. Мы же на минуточку.

К о ч у б е й. Ни секунды!.. Времени у него на это не было… Я отойду к телефону. (Выходит.)

С о н я. Я тоже бежала, кричала, ревела, как дура. (Плачет.) Что им от него нужно? Он хороший парень.

П р а с к о в ь я  Г а в р и л о в н а. Успокойтесь. Разберутся без вас. На то они мужчины. (Дает ей воды.)

С о н я (глотнула воды). Я, наверно, произвела на вас странное впечатление?

П р а с к о в ь я  Г а в р и л о в н а. Ничего. Все мы были странными в семнадцать лет.

С о н я. Мне уже девятнадцать.

П р а с к о в ь я  Г а в р и л о в н а. Плачете вы, плачут с вами, а одинокому и того хуже. Я тоже, бывало, ревела из-за каждого пустяка, а сейчас слезы у меня не выдавишь, нет. Все больше улыбаюсь.

С о н я. Я тоже веселая.

П р а с к о в ь я  Г а в р и л о в н а. Да я вижу.

С о н я. Вы, должно быть, очень добрая. Люблю добрых людей. А вот сама я злая, нахальная. Мой папа так со мной мучается!

П р а с к о в ь я  Г а в р и л о в н а. Вот и хорошо, что мучается. Скорей выдаст замуж.

С о н я. Да я не хочу замуж! Что вы!

П р а с к о в ь я  Г а в р и л о в н а. А чайку выпьете? С конфетами.

Каюта командира на борту миноносца. Это уютное, не очень просторное помещение с двумя иллюминаторами. Металлическая мебель — стол и зеркальный шкаф для обмундирования — массивна, но красива, облицована под карельскую березу. Так же отделаны стены и дверь. Мягкие стулья и диван в белых чехлах. В каюте капитан лейтенант  З и м а. Входит старший лейтенант  С о б о л е в.

С о б о л е в. Сейчас звонили из политуправления. К нам назначен командир.

З и м а (помолчав). Знаю.

С о б о л е в. А кто, знаешь?

З и м а. Знаю. На «Безукоризненном» был старпомом, капитан третьего ранга Ярош. У меня такое ощущение, что гора с плеч.

С о б о л е в (с намеком). Гора-то с плеч…

З и м а. Надеюсь, ты не очень огорчен?

С о б о л е в. Наоборот, рад.

З и м а. Приятно бывает, когда человек радуется. А вот когда на душе кошки скребут… У тебя когда-нибудь на душе скребли кошки?

С о б о л е в. Чужие — нет, а своих я гоню.

З и м а. Чем больше думаю об этом случае… у пирса, тем он кажется нелепее. Бред какой-то, чепуха, противно вспомнить. Все ведь теперь думают, что Зима такой-сякой, подвел матроса под трибунал и доволен. На днях встречаю в городе старшину-сверхсрочника. Он в тот день был патрулем. Узнал меня: «Разрешите обратиться?» — «Да». — «Что с тем матросом, который убежал от нас на катере?» — «Под трибунал, говорю, отдали». — «Под трибунал?..» А один мой знакомый с «Безукоризненного» подходит вчера в Доме офицера и вместо приветствия как заорет: «Ты что там наколбасил с матросом?» А на «Бойком» замполит собрал в кают-компании весь офицерский состав, задраил дверь и доложил со всеми подробностями.

С о б о л е в. В воспитательных целях. А я завтра соберу коммунистов. Давно пора, да все как-то не было повода. Зато теперь есть о чем поговорить.

З и м а. Да, уж теперь будет о чем дебатировать. А что толку? Сколько ни дебатируй, не поправишь. (С досадой.) Дернул меня черт позвать тогда патруль!