Школьный класс. За окном виднеются заснеженные крыши домов. На окнах в глиняных горшках стоят зеленые цветы. Стены класса украшены портретами русских писателей. Висят таблицы русского языка. Н и к о л а й один. Он стоит возле учительского стола и, напевая «Хороши весной в саду цветочки», рисует стенную газету. Временами он так увлекается пением, что отрывается от газеты и, размахивая кистью, сам себе дирижирует. У полуоткрытой двери класса стоит И р и н а П л а т о н о в н а и слушает, оставаясь некоторое время незамеченной.
Н и к о л а й (увидел ее). Закройте дверь.
Ирина Платоновна заходит в класс.
С той стороны. (Пауза.) Ну, что скажете?..
И р и н а П л а т о н о в н а. Хорошо поете!.. Проходила мимо и остановилась послушать. Извините, что помешала.
Н и к о л а й (вдруг смутился. Продолжает работать). Нет, ничего. Вы мне нисколько не помешали. Ух ты, намазал… (Ищет промокательную бумагу, которая валяется на полу.)
Ирина Платоновна нагнулась — хотела подать бумагу, но Николай опередил ее. Неловкая пауза.
Что-то я вас не знаю. Вы, часом, не из девятого «Г»? Вчера в перерыв я, по-моему, вас видел в коридоре.
И р и н а П л а т о н о в н а. По-моему, вы ошибаетесь.
Н и к о л а й (смотрит на нее, как бы что-то вспоминая). А как вас зовут?
И р и н а П л а т о н о в н а. Чистякова. Зовут Ириной, по отчеству Платоновна.
Н и к о л а й. А меня Николай. Петренко Николай Семенович. Главный редактор классной стенной газеты, а резинки… (ищет) нет. Посеял.
И р и н а П л а т о н о в н а (достает из сумки резинку). Возьмите мою.
Н и к о л а й. Ничего, я ножичком…
И р и н а П л а т о н о в н а. Берите. У меня еще есть. (Показывает.)
Н и к о л а й (берет). Спасибо. Хорошая резинка. Я вам ее верну. Где вас можно будет найти?.. (Неловкая пауза. Николай, желая скрыть смущение, усиленно работает резинкой.)
И р и н а П л а т о н о в н а. Ну что вы, не нужно… Потихоньку, дырку сделаете…
Н и к о л а й. Нет, мы на этом деле, как говорится, собаку съели…
Входит С е р г е й Г о р и н. Располагается с книгами за партой.
(Посмелел.) Староста нашего класса Сергей Павлович Горин. По опыту работы токарь-скоростник, в потенциале инженер тяжелого машиностроения.
С е р г е й. Не болтай.
Н и к о л а й. Ты чего сегодня такой сердитый?
С е р г е й. Задача не получается. До утра над ней голову ломал, будь она неладна. Пуд бумаги извел.
Н и к о л а й (подает ему тетрадку). Можешь списать.
Сергей смотрит в тетрадь.
Шпарь, пока никого нет. Ты чего смотришь? Все правильно.
С е р г е й. Давай, слушай, объясни, как ты ее делал. Вот давай на доске. (Сует ему в руки мел.)
Н и к о л а й. Очень просто. Ну, пиши.
Сергей пишет.
Записал условие задачи? Чертеж.
С е р г е й (быстро чертит на доске геометрическую фигуру. Заметно, что рука его натренирована). Так?
Н и к о л а й. Так. (Заглянул в тетрадь.) Не так. Смотри. Зачем все стер?
С е р г е й (восстанавливает чертеж). Так?
Н и к о л а й (с досадой). Не знаю. Хочет, чтоб ему разжевали и в рот положили. Соображай сам — больше пользы будет. Вот тебе моя тетрадь. Мел в руках. Действуй, а я погляжу.
С е р г е й. Тебе, слушай, трудно объяснить человеку?
Ирина Платоновна, отвернувшись, понимающе улыбнулась и вышла из класса.
Н и к о л а й (свирепым шепотом). Вот пристал!
С е р г е й (смотрит в тетрадку). Я ничего не понимаю в твоем чертеже. Он у тебя пляшет, что ли?
Н и к о л а й. А кто тебе сказал, что я понимаю? Сам у Катьки в трамвае списал.
С е р г е й (отшвырнул тетрадь). Чего ж ты голову морочишь?
Входит Б о р и с Н о г а е в.
Вот кто нам растолкует. (Борису.) Ты задачу решил?
Н и к о л а й. Гм. Его не было в школе.
Б о р и с. Какую задачу?
