И р и н а П л а т о н о в н а. Никогда не сочиняйте. Не знаете, так честно и скажите: «Я этого вопроса не знаю».
Б о р и с. Спросите меня еще что-нибудь.
И р и н а П л а т о н о в н а. Это не изменит положение. Вы не знаете идейного содержания поэмы «Владимир Ильич Ленин».
Б о р и с. Поэма «Облако в штанах» замечательное произведение Владимира Владимировича Маяковского. С первых же строк оно поражает нас… Вот хотя бы эти строки:
И р и н а П л а т о н о в н а
Б о р и с. Что?.. Ну… своей новизной темы.
И р и н а П л а т о н о в н а. А какая здесь тема?
Б о р и с. Тема любви. Маяковский говорит о миллионе огромных чистых любовей и миллион миллионов маленьких грязных любят.
И р и н а П л а т о н о в н а. Тема любви — это старая тема. О любви писали и до Маяковского. Вы говорили о новизне темы. В чем именно ее новизна?
Вы вопрос понимаете?
Б о р и с. Понимаю.
И р и н а П л а т о н о в н а. Ну, пожалуйста.
Б о р и с.
В этих строках — вся тема.
И р и н а П л а т о н о в н а. Если бы в эти строки вкладывалась вся тема, то Маяковскому незачем было бы писать целую поэму. Не так ли? Вы учебник читали?
Б о р и с. Я поэму читал… раз десять.
И р и н а П л а т о н о в н а. А сколько раз думали над поэмой? Как же вы шли отвечать и не прочитали материал по учебнику? На уроки тоже не ходили. Вы же не ответили ни на один вопрос. Ну что мне с вами делать?
Б о р и с
И р и н а П л а т о н о в н а. В конце будущего месяца.
Б о р и с. И не подумаю приходить. С меня довольно.
И р и н а П л а т о н о в н а. Это как же понимать?
Б о р и с. Очень просто: не буду пересдавать. Вы требуете, чтобы вам отвечали, как написано в учебнике. А если я больше знаю, чем в учебнике?
И р и н а П л а т о н о в н а. Ничего вы не знаете.
Б о р и с. Это вы ничего не знаете.
И р и н а П л а т о н о в н а. Товарищ Ногаев, вернитесь!
К а т я
И р и н а П л а т о н о в н а. Кем работает его отец?
К а т я. Он инженер.
И р и н а П л а т о н о в н а. А мать?
К а т я. Не знаю. Она, кажется, не работает.
С е р г е й
К а т я. Обиделась.
С е р г е й. На кого?
К а т я
С е р г е й. За что?
К а т я. Нагрубил.
С е р г е й. Как?
К а т я. Говорит: «Вы сами ничего не знаете, а с других спрашиваете».
С е р г е й. Что это он вдруг?
К а т я. Двойку схватил. Иди, говорю, к Ирине Платоновне, зовет. «Скажи ей, пусть идет к черту».
С е р г е й. Так и сказал?
К а т я. Так и сказал.
С е р г е й. А она что?
К а т я. Ничего.
С е р г е й. Отлупить его, что ли?
Б о р и с. Ушла?
С е р г е й. Кто?