И тут, как по мановению волшебной палочки, сверху прямо на голову здоровяку упал автомат, точно прикладом по темечку. Все как сговорившись взглянули наверх, явно ожидая продолжения оружейного дождика, но Верон вместо этого рванул вперед, используя всю силу гераклида и раскидывая всех, кто стоял на пути. Первым опомнился большой дядька, заметив взлетающих вверх людей; он, откинув дубину и падая на четвереньки, бросился к автомату, лежавшему у его ног, и успел даже его схватить, но только поднявшись на колени, получил мощнейший удар ногой в лицо. Все его массивное тело подлетело в воздух, руки разжались, и автомат оказался у Верона раньше, чем здоровяк, пролетев несколько метров, рухнул с неестественно выгнутой шеей.
– Еще есть желающие продолжать вечеринку? – спросил Верон, направляя оружие на толпу. Бандиты бросали свое грязное оружие и поднимали руки, пораженно выпучив глаза. – Вот и отлично. А теперь пошли нахрен отсюда, пока не понаделал в вас лишних дырок.
Толпа заторопилась восвояси, убегая как можно дальше и подбирая раненых, при этом огибая Иолая чуть ли не за два метра, словно это у него в руках было смертоносное оружие. Стало опять тихо.
– С каких пор с неба падают автоматы? – прервал тишину Иолай, поднимая взгляд к заволоченному бельем небу.
– Наверно, с тех, когда по крышам начали бегать бессмертные.
– Думаешь, это Амар?
– Автомат точно такой, какой был у нас. Наши спрятаны далеко отсюда, значит, это его.
Будь там сейчас Амар, он бы наверняка пошутил на тему Шерлока и Ватсона.
– И что он здесь делает?
– Это мы и должны выяснить, – сказал Верон, проверяя оружие. Как он и думал, в нем тоже было не так уж и много патронов.
– Кстати, ты заметил, какие они оказались живучие? Поправь меня, если они не люди.
– В том-то и дело, что люди, – кивнул Верон, нахмурившись. – Я бил так, чтобы не убить, но достаточно, чтобы вырубить, причем надолго, а они вставали, словно вообще не чувствовали боли.
– Странно все это.
Верон подошел к телу большого дядьки и расстегнул кожаную куртку с оторванными рукавами, оголяющими его покрытые татуировками руки. Он явно был не новичком в подобных делах, однако это дело стало для него последним, чего он явно не ожидал.
– Что-нибудь нашел? – спросил Иолай, подходя.
– Посмотри. – Верон держал на ладони три капсулы красного цвета.
– Что это? Наркотик?
– Очень похоже, только я не знаю ни одного наркотика, который давал бы такой эффект.
Верон был уверен, что стойкость этих людей обусловлена именно наркотиками, и именно теми, что он держал в руке, иначе это объяснить было нельзя. Для гераклида они проблем не составляли, но если таких будет не десять-пятнадцать, а, например, пара сотен, они могут стать серьезной угрозой, особенно если им в руки дать оружие посерьезней, чем ножи и кастеты. Армия не чувствующих боли наркоманов, даже страшно представить. А если эта армия будет принадлежать Неросу…
– Я тоже, – хмыкнул Иолай. – Думаешь, это дал им всем Нерос?
– Очевидно. Если бы такой наркотик был повсеместно распространен, о нем бы стало широко известно.
– И стоил бы он больше, чем могли заплатить эти оборванцы. Есть что-нибудь еще?
– Да, вот эта карточка. – Верон показал черный прямоугольник. – Сдается мне, она может нам пригодиться.
Черный выход, как это обычно бывает, был намертво заделан, и Верону с Иолаем пришлось приложить усилия, чтобы выбить железную дверь. Несмотря на шум, за дверью никого не оказалось, лишь небольшое затхлое помещение, заваленное хламом. Противоположная дверь оказалась тоже закрытой, но хорошенько нажав на ручку, Верон практически бесшумно выломал замо́к. Теперь они находились в хорошо освещаемом коридоре, ведущем в обе стороны. Пройдя несколько метров влево, они наткнулись на дверцы лифта и выход на лестницу. Выбор пал на лифт.
– А если в лифте камера? – спросил Иолай, пока лифт еще был в пути.
– Уверен, что она там есть. Просто разобьем, хотя можно и без этого.
– Тогда Нерос узнает, что мы в здании и идем за ним.
– По-твоему, он еще не знает? Кто-то из тех бандитов наверняка уже позвонил ему и сообщил о нас.
– Ты прав, но все же…
– Здание напичкано камерами и сенсорами, я уверен. Нерос хитрее и умнее меня, – сказал Верон, поморщившись, словно произнося это через силу, – и тем более тебя. Он бы никому не позволил подобраться к нему незамеченным.
Иолай лишь пожал плечами и поджал губы, уже входя в открывшийся лифт. Верон ударом ножа разбил висящую в углу камеру.
