– Детский лепет, – презрительно фыркнул Нерос, затягиваясь сигарой. – Отец тебя бросил, все тебя предали, посмотрите на него, бедное дитятко. Первые лет тридцать ты об этом не задумывался, развлекаясь на честно халявные деньги и в ус не дул. Справедливость? – усмехнулся он. – Посмотри направо. Видишь этого… человека? Он бессмертен просто потому что. А что полезного он сделал для мира? Он вор и убийца, преступник, живущий только ради наживы и собственной выгоды. Он может перевернуть Вселенную с головы на ноги, сделать ее лучше, но вместо этого лишь ведет праздную жизнь, ни о чем не заботясь.
– Мир легко перевернуть и поставить на ноги, но кто поможет людям не упасть? – вклинился в разговор я. – Даже если бы я изменил Вселенную, не все приняли бы изменения. Лучше жить тише и изменять понемногу, незаметно, чем все и сразу.
И зачем я это говорю? Он псих, а психу важно только собственное мнение и ничье больше, даже сунуть истину ему под нос, он лишь презрительно фыркнет и отвернется. Он слишком упертый, чтобы его можно было убедить, хоть словами, хоть действиями. Злокачественную опухоль удаляют насильно, а не пытаются переубедить уйти восвояси.
– Слова труса, – небрежно бросил Нерос.
– Не я здесь ради собственной безопасности держу заложников.
– Это не относится к делу, – отмахнулся он. – Они здесь лишь для того, чтобы выманить тебя.
– И зачем же?
– Открой мне свой секрет, и я их отпущу. Только я знаю, как обезвредить бомбы.
Опять двадцать пять. Некоторым просто плевать на правду, если они считают ее ложью, и переубедить их бывает просто невозможно. Хотя его все же можно было понять: ну кто поверить сильному человеку, что тот не знает, как стал таким? Я бессметный сам по себе, и это все, что я знаю, но даже знай я подобный секрет, то не выболтал бы его, пусть людям, которых я знал всего несколько дней, будет грозить опасность. Нерос, однако, так не считал.
– Секрет? У меня их много… – отозвался я.
– Бессмертие! Расскажи мне про свое бессмертие!
Бокал в руке Нероса лопнул. Обожженное его лицо кипело от гнева, та часть лица, которая еще могла отображать эмоции, отображала маску ненависти и злости. Зубы сжимались и скрипели, но при этом он так и оставался сидеть в кресле. Вот истинное лицо человека, который собирается изменить мир к лучшему.
– Хорошо, – ответил я. – Я бессмертен. Доволен?
– Мелкий ублюдок! – взвизгнул Нерос, но тут же взял себя в руки. – Не играй с судьбой. Ты бессмертен, но не твои приятели. Под моим креслом точно такая же бомба, а в ней, помимо взрывчатки, тот же газ, что был на лайнере. Помнишь? Потрясающая вещь, делает из человека бездумного зомби, пускающего слюнки, будь то дэбел, человек, камирутт или даже гераклид. У меня, как вы могли догадаться, иммунитет. Мне лишь интересно, как это вещество повлияет на бессмертного. Я хотел проверить еще на лайнере, но ты удачно успел смыться.
Вряд ли подобный яд мог причинить мне хоть какой-то вред. Даже если я и стану пускать слюни и биться головой о стену, то продлится это совсем недолго. Если бы меня можно было победить подобными вещами, я бы до сих пор валялся в какой-нибудь лаборатории на родной планете. Возможно, это уберегло бы ее от очень многих бед. Но история не имеет сослагательного наклонения, factum est factum, как говорится. Я так и заявил Неросу, только без части про планету.
– Помнится, я тебя поймал, вырубив как раз ядом, – ответил он чуть ли не самодовольно.
– Не присуждай все заслуги только себе. С тобой еще был волосатик. Нерос усмехнулся.
– О, я помню, не переживай. Его труды очень мне помогли.
– Ладно, вот мы и поболтали, выяснили отношения, дальше что? – поинтересовался я. Мне это стало немного надоедать.
– Продолжим игру. – Нерос откинулся на спинку кресла и затянулся сигарой. – Три стула, шесть человек. Если один из стульев окажется пуст, произойдет взрыв. О, забыл предупредить – это место не единственное, где заложены бомбы. Они по всему городу. – Он махнул рукой с зажатой в пальцах сигарой себе за спину, где как раз и располагался город. – Я хочу провести тот же эксперимент, что и на лайнере, только масштабнее, и хочу увидеть, чем все закончится, потому что в первый раз все погибли во взрыве, а я не знаю, как будет вести себя газ со временем. Я, кстати, его подправил, так что теперь «зомби» будут, как бы это сказать… порасторопней. Так что, Амарталис, расскажешь мне о своей силе?
– Зачем? – тихо сказал Верон, даже холодно, можно сказать.
– Зачем? – переспросил Нерос, подняв вопросительно брови.
– Зачем ты все это делаешь? Неужели ты готов убить даже… родного сына? И даже не удосужился это сам сделать, подослал головорезов.
Нерос рассмеялся Верону в лицо, еще раз затянулся сигарой и выпустил дым длинным белым шлейфом. Потянулся было за бокалом, но вспомнил, что минуту назад разбил его, сжав в кулаке.
