Она обхватила его руками и прижалась лицом к его плечу, стараясь не показать разбойнику рукоять Кристианова меча.
Мальчик стоял неподвижный, как дерево.
– Миледи?
– Веди себя так, будто утешаешь меня, – прошептала Авиза. – Предполагается, что ты мой спутник.
Он не произносил ни слова целую минуту. Она гадала, слышал ли он ее. Может быть, он был слишком молод и слишком напуган, чтобы попытаться что-то сделать.
Она испустила едва слышный вздох облегчения, когда он ответил:
– Вы ведь знаете, я готов умереть за вас, миледи.
– В этом не будет необходимости, – пробормотал разбойник. – Все, что вы должны делать, – это следовать инструкциям, которые я вам дал.
Авиза отодвинулась от Болдуина и упала на колени. Теперь складки ее плаща полностью прикрыли рукоятку меча Кристиана. Подняв заломленные руки, она произнесла с мольбой:
– Позвольте мне последовать им в час, когда солнце изгоняет тени из-под деревьев. Прошу вас, добрый сэр, уважьте мою просьбу.
– Я не вправе соглашаться.
– Тогда я умоляю вас попросить об этом того, кто выше рангом.
Она снова подняла руки, прижала их к лицу и сделала усилие, чтобы ее сведенные судорогой плечи задрожали. Авиза производила звуки, которые можно было принять за рыдания, но на самом деле это была икота.
– Я не могу войти в лес, когда... когда мрак выпускает на свободу блуждающих духов.
– Мальчик...
– Он ранен.
– Не вижу никаких ран.
– Его очень сильно ударили по голове, когда вы в первый раз напали на нас.
Авиза смотрела на разбойника сквозь поднесенные к лицу пальцы, чтобы увидеть, реагирует ли он на ее слова так, как она надеялась.
– Я хочу выкупить Кристиана Ловелла. Я искренне желаю этого, но не могу, когда меня отпугивают беспокойные духи умерших.
– Миледи...
– Пожалуйста! – выкрикнула она умоляюще.
Из горла мужчины вырвался полный отвращения вопль, и Авиза подумала, что он устал от спора и готов сдаться. Когда он пробормотал что-то неразборчивое, она подняла голову.
– Подождите здесь. Я вернусь, – сказал он.
– Благодарю вас, добрый сэр.
Она подумала было пасть к его ногам, но отказалась от этой мысли – это было бы уж слишком вопиющим зрелищем. Хотела бы она знать, что должна делать леди в подобных обстоятельствах. Вероятно, леди в подобных обстоятельствах не могли бы оказать помощи никому.
Авиза ждала, пока посланец разбойников не скроется за деревьями, и медленно поднялась на ноги. Авиза хотела быть уверенной, что он не бродит где-нибудь поблизости, чтобы увидеть, не покажет ли она, что оставила его в дураках. Вслух оплакивая свою горькую судьбу, приведшую их на прогалину, и жалуясь, что ее мучает страх за Кристиана, а также выражая ужас оттого, что ей придется пойти в лес не днем, а в темное время, она перестала причитать, только когда Болдуин жестом показал ей, что разбойник ушел.
Она улыбнулась ему:
– Ты правильно поступил.
– Возможно, он не вернется.
– Вернется.
Авиза потянулась за мечом Кристиана. Поставив ногу на труп и упершись в него, она резко дернула оружие, и оно осталось у нее в руке. Кровь все еще сочилась из трупа и скапливалась под ним в виде лужицы и пропитывала землю. Опустившись на колени, Авиза вытерла кровь с меча о сухие листья, потом встала и подняла меч подлиннее ее собственного, но столь хорошо сбалансированный, что она могла держать его с легкостью.
Авиза посмотрела на Болдуина. Взгляд мальчика был прикован к мечу Кристиана, и в то же время он ощупывал собственное оружие. Обнажив его, мальчик проверил лезвие от острого конца до рукояти.
– Клянусь, меня не остановит даже смерть, – сказал он с достоинством, столь не соответствующим его возрасту. – Я не сдамся, пока кузены не будут свободны.
– Я помогу тебе сдержать клятву.
Авиза заткнула меч за пояс позади собственного, укрепила его кожаной петлей, надетой на рукоять, и тут по прогалине пронесся порыв ледяного ветра. Погода изменилась, или этот холод исходил из ее собственного сердца?
Она не должна была отпускать Кристиана одного. Если бы она сказала ему правду, послушался бы он или еще более укрепился бы в намерении не дать ей принять участие в побоище?
Прошел час, другой. Они все ждали. Авиза не осмеливалась покинуть это место, потому что знала: что бы она ни сделала, это могло дать повод разбойникам убить Кристиана. Солнце катилось к дальним холмам. Над поляной витал дух смерти.
Авизе было ненавистно бездействие. Как она позволила разбойнику уйти одному? Возможно, ей удалось бы настоять на том, чтобы он позволил ей пойти с ним, если бы она пустила в ход фальшивые слезы? Она могла бы узнать, как содержат Кристиана и его брата. Возможно, ей даже удалось бы добиться их освобождения. А теперь все, что она могла сделать, – это вглядываться в просветы между стволами деревьев в надежде на то, что одна из теней превратится в разбойника.
– Ищете меня, миледи?
Она стремительно обернулась, услышав глумливый голос. Бродяга наконец вернулся. И не один, а в сопровождении еще двоих мужчин. Авиза с трудом подавила инстинктивное побуждение выхватить меч. Нет, им следовало считать ее беспомощной, отчаявшейся женщиной.
