– Сначала пропарь ноги, потом прими лекарство по инструкции и ложись под одеяло, – он приблизился к ней, по-свойски убрал прядь волос с шеи, внимательно осматривая ее. – Терпи, Александра. Повязку необходимо сменить.
На сей раз Саше было чуть легче, когда она представила, что имеет дело с механизмом. Она украдкой дышала, глядя на то, как четко двигаются его руки.
– Что там произошло? Что именно ты с ним сделал?
– Это не твоя забота, – холодно ответил он, теплом дыхания касаясь щеки Саши. Его ледяной взгляд на секунду обжег Сашу, встретившись с ее глазами.
– Не моя. Но мне очень нужно знать…
– Остановись, – он внимательно посмотрел ей в глаза. – На этом месте всегда говори себе «стоп». Основной недостаток всех моих прошлых помощников – их любопытство. Усмири его или ничем хорошим это не кончится. Скорее всего тот, кто так тебя интересует, отправился в ближайший полицейский участок.
– И зачем ему так делать?
– Спросишь у него, если тебе позволят свидание, – отозвался он, безразлично пожимая плечами.
После перевязки Саша отправилась в ванную. Усталость от пережитых впечатлений превратилась в пеструю вуаль, задушившую ее способность связно соображать.
Остановившимся взором Саша смотрела на воду, вяло ощущая, как понемногу тает в груди ком напряжения. Едва он растаял окончательно, девушка поняла, что уровень озноба существенно снизился. Саша быстро приходила в себя, если позволяли условия, а они представлялись пока самыми лучшими, так что девушка не замечала теперь своего болезненного состояния.
В комнате на столе ее ждал «антитемпературный» чай – тот самый, который с медом, имбирем и лимоном. Кристиан с неподвижностью древнего, каменного истукана, скрестив руки на груди, проследил за тем, как она села на кровать.
– Ты должна это выпить, – заявил он безапелляционно. – В машине ты приняла решение отправиться домой, к семье. Сделав это, покинув агентство, ты никогда сюда не вернёшься, – закончил он и вышел из комнаты.
– Я приму решение после разговора с убийцей, – ответила она громко ему вслед.
– Хорошо. Я могу попробовать организовать это, – раздался из коридора голос Кристиана.
– И послушай! Если случится чудо, и я останусь по своей воле, это ничего не изменит, – добавила она серьёзно. – Пока что мне кажется, что ты – безумен и очень опасен. Я никогда не прощу тебя. Я продолжу тебя ненавидеть.
– Зачем тебе разговор с Сергеем?
– На рынке ты сказал мне, в чём разница между тобой и мной. Я изучаю портреты преступников, но, разгадав загадку личности, не испытываю торжества, потому что это не исправляет зло. Ты сказал, что исправляешь его. Если я поверю в это, увижу все своими глазами, то останусь с тобой, несмотря на то, что ты – чудовище. Мне будут не важны твои цели. И ты сам мне не интересен.
– Я же сказал – ты останешься со мной, – ответил он бесстрастно. – Ты одна останешься со мной по той причине, по какой ещё никто не оставался, – в голосе его послышалась улыбка.
– Помни, Кристиан, это ничего не меняет в моём отношении к тебе.
– До тебя ещё не дошло, насколько сильно мне на это наплевать?
– Как ты опять это сделал?
Звонок Димы был предсказуем, но нежелателен. Кристиан прочистил горло и заявил практически угрожающе:
– Девять утра. Я уснул полчаса назад.
– Серьезно, как ты так раскалываешь их, что они являются в участок сами с добросердечными признаниями? У твоего допроса есть какой-то секрет, иначе ты бы позволял на них присутствовать!
– Если у тебя нет никаких ценных сведений, то я кладу трубку, – мрачно сообщил Кристиан, намереваясь выполнить свою угрозу.
– Стой, с меня причитается премия, – с неохотой сказал Дима. – Спасибо тебе. Ты же… не против, если все пряники мне достанутся?
Кристиан торопливо перебил:
– Не люблю пряники. Забирай. А хотя… постой. Моя сестра горит желанием самолично увидеть посаженного преступника за решёткой. Можно организовать им свидание?
– Крис, это не аттракцион!
– Она – профайлер, ей нужно это для каких-то своих целей, – вздохнул детектив. – Всего десять минут.
– Ладно, это можно. Но только вам придётся сейчас выехать, потому что его скоро увезут в больницу. Ему совсем плохо, бедному. Странный ты, Крис, – с недоумением сказал Дима. – Я бы еще понял, если бы тебя там мальчики, девочки интересовали…
Кристиан положил трубку. Он был растрепан, небрит и злой. Детектив резко встал, медленно вышел из комнаты, с неизбежностью осознавая, что уже проснулся.
Он вошёл в комнату, где спала Саша. Некоторое время он смотрел на её лицо, склонив голову.
