Я видел тело подростка, умершего на улице от передозировки наркотиков. Она была прилично одета, и у нее имелась мать, которая позволяла ей спать с типом, старше ребенка в два раза. Без причины, не за деньги, а просто так – позволяла. Один из моих соседей любит снафф, он кончает, когда наблюдает за тем, как женщине отрезают голову. У него есть лабрадор и растет маленький сын, который не имеет представления об увлечении отца.
Я безумец? Или безумно общество?
Мне не слишком интересны игры разума, сверх злодеи, гениальные маньяки. Они не кажутся мне такими страшными по сравнению с тихим дедушкой, насилующим детей. Аномальное зло, выставленное напоказ, словно говорит нам, что оно только таким и бывает, но это – вранье. Есть вид зла нормального – самого страшного зла в природе. Зла, живущего в том, как вы игнорируете крик девушки за стенкой. «Подумаешь, набрались лишнего. Какое мне дело?» Зла, живущего в том, как вы ругаете правительство, а не собственную слабость. Зла, живущего в том, как вы снимаете на камеру пожар и улыбаетесь при этом.
Александра не знает этого, но… когда я вижу ее, мне кажется, что все геометрические линии в пространстве складываются в симметричную, красивую систему. Когда я вижу ее, я вижу нечто идеальное. Ей не ведома, ей непостижима нормальность зла. Она не знает, почему я улыбаюсь сейчас над ее слезами и смотрит на меня с искренней ненавистью.
Не останавливайся.
Позволь мне еще немного… видеть тебя.
Саша медленно опустила голову, закрыв лицо руками.
– Когда ты найдешь похитителя, что ты сделаешь?
– А что бы ты хотела? – негромко спросил Кристиан. Глаза его как будто горели.
Её затрясло, она покачала головой.
– Скажи, я поймаю и сделаю это с ним. Что угодно. Но при условии, что ты будешь видеть.
– Нет!
– И никаких «я тебя ненавижу»?
– Я устала это повторять.
Искомый человек занимался садоводством. Он сам выращивал лилии. Они отличаются от купленных. У последних часто бывает обветренный пестик, а тычинки небольшие и темные, потому что растения долгое время находятся в воде в душном помещении. Присланные цветы относятся к виду Apollo и очень прихотливы в разведении. Судя по размеру стебля, их выращивали именно в теплице, а не дома в горшке.
Едва ли он живет далеко от психиатрической клиники – там его «кормушка», так что мы ищем дом с садом, дачный участок с теплицами где-то в районе не очень далеко от клиники. Он должен быть большим, либо с вместительным подвалом. Скорее всего, огорожен высоким забором.
– Что-то не так, – пробормотал Кристиан.
Это первое, что он сказал за сорок минут, пока слушал музыку и смотрел на карту Москвы, закрепленную на стене. Саша молча взглянула на Фишера.
– Слишком просто, – пробормотал он. – Он этими цветами выдал себя с потрохами.
– Тогда почему полиция его не нашла?
