— Звучит недипломатично, — Конс выкинул насквозь промокший платок в воду, снял с шеи косынку и промокнул ею лицо, — но доходчиво. Уверяю тебя, я тебя тоже не боюсь, Ричард Оорл, и убить меня не так-то просто… но ты правильно понял: раз я вышел на разговор, значит, мне что-то нужно от вас. И мне нравятся люди. Но я еще недостаточно изучил их, чтобы вступать с ними в контакт. Мне нужно подумать.
— Даю тебе неделю, — проговорил Ричард, переходя на административный тон, — встретимся здесь же, только утром. В девять часов.
— Хорошо, — согласился Конс, — я буду здесь через неделю.
Зыркнул хмурыми черными глазами в заплывших синих веках и исчез. Свидание окончилось.
Была прекрасная, теплая летняя ночь с чистым небом, мириадами звезд в нем, со стройными силуэтами пальм, запахом прибоя и веселой песенкой о влюбленной черепахе, доносящейся из бара.
Ричард чуть не сел тут же, на ведущих к воде ступеньках. Он устал смертельно, колени подгибались, поджилки тряслись, зубы стучали, голова шла кругом. Всё обошлось, если не считать гнусностей, которые он услышал. Успокаиваться было рано, но хотя бы сейчас можно было, наконец, расслабиться. Он посмотрел на часы. Прошло всего пятнадцать минут.
Ватные ноги донесли его до ночного бара. Безумно веселая музыка обещала в жизни много хорошего, артисты на сцене перешли к стриптизу. Он купил пачку сигарет и немедленно затянулся. Делал он это очень редко.
— Что будем пить? — весело спросил бармен.
— Водку, — ответил он.
Золотая головка Зелы отчетливо виднелась за столиком. Она и представить не могла, от какого напряжения он только что избавился. Что может быть хуже ожидания? И что может быть хуже неизвестности? Он сел на свое место вполне довольный, но такой усталый, что она это заметила.
— Что-нибудь случилось, Ричард?
— Да нет, просто дела.
— Тебя так долго не было…
Он не хотел ее расстраивать и портить ей вечер. Он смотрел на нее, так и не понимая, кто же она, какая она, и что он к ней чувствует. Конечно, Конс говорил чушь, говорил со злости и от обиды. Прекрасная, умная женщина. Мечта. Любить ее глупо. Отказаться от нее — глупо вдвойне. И в любом случае выглядишь полным идиотом.
— У меня был разговор, — сказал он, раздавив в блюдце окурок.
— С Алиной? — вдруг спросила она.
— Нет, — он покачал головой, про Алину он как-то забыл.
Музыка оглушала. Люди вокруг стали раздражать.
— Знаешь что, пойдем отсюда? — предложил он, — для первого дня, по-моему, достаточно.
— Пойдем, — улыбнулась Зела, — куда хочешь. Только я заказала мороженое.
Ричард смотрел на ее улыбку, чего-то не понимая. И эта женщина его не любит? Вот эта, которая сидит напротив и никого, кроме него не замечает, которой все равно, когда и куда с ним идти, которая в обморок падает только от того, что он якобы улетает на какой-то Шедар… и которая прячется от него под одеяло, как от ночного кошмара. Можно понять инопланетянина. Но женщину понять невозможно.
— Мороженое тебе еще надоест, — сказал он.
Вдоль набережной они пешком дошли до гостиницы. Теплый ветер дул с моря, там покачивались огни кораблей, отовсюду доносилась музыка. Зела шла чуть впереди, оглядываясь на него и тихонько улыбаясь. Конса теперь можно было не опасаться и просто брести по берегу и смотреть на нее, самую красивую женщину во вселенной, размышляя на тему, что глупо принимать желаемое за действительное, глупо осложнять себе и без того запутанную жизнь, и вообще все глупо…
В номере тускло горел аквариум. И, конечно же, попискивал его ненавистный портсигар. Ричард зажег свет в гостиной, распахнул окно и выключил надоедливый межпланетник совсем. Он устал: ходить, стоять, думать, чувствовать, сомневаться, жить… То ли устал, то ли смертельно надоело.
— Зачем ты его выключил? — спросила Зела тихо, — а вдруг это важный звонок?
— Нет уж, хватит, — коротко ответил он.
Зела поняла это по-своему и снова как-то сразу погрустнела.
— У тебя столько проблем из-за меня! — сказала она отчаянно.
Отрицать это было бесполезно. Он увяз основательно. Но ее присутствие все компенсировало.
— Проблем не бывает только у покойников, — отшутился он, — а я живой человек. Нормальный. Как все.
Прекрасные глаза смотрели на него преданно и восхищенно. Как на бога. Зела покачала головой и улыбнулась.
— Ты не такой как все.
Это он уже слышал. И это было слишком далеко от истины.
— Ты уверена? — усмехнулся он.
Зела как будто даже удивилась такому вопросу.
— Конечно. Меня в этом никто не разубедит, — проговорила она уверенно.
И каково было спьяну все это выслушивать, стоя перед такой красивой женщиной? Ее пыл надо было все-таки остудить.
— Даже я сам? — спросил он иронично.
Зела не смутилась и как будто не заметила иронии. Глаза ее смотрели все так же восхищенно и преданно, губы улыбались.
— Попробуй, — сказала она тихо.
