Первым в приемной Прохора Петровича появился взъерошенный, не похожий на самого себя Вячеслав Станиславович. Он вошел спиной, потому что его извиняющееся лицо было обращено к невысокому мужчине, который шел вслед за ним. На мужчине был хороший, индивидуального кроя костюм, изгаженный на плечах какой-то бело-желтой субстанцией, очень похожей на птичий помет. Правую руку он болезненно держал перед собой, ее запястье было неестественно-красного цвета.
Он посмотрел на Прохора Петровича и, не здороваясь, спросил:
– Где у вас можно умыться?
– Сюда, пожалуйста, сюда, – неожиданно засуетился Прохор Петрович, – у меня за кабинетом ванная комната. Прошу, не стесняйтесь, Роман Евгеньевич.
Министр сделал несколько шагов к дверям кабинета и остановился.
– Вы правда считаете, что я могу чего-то стесняться, после того как ваши сотрудники залили меня пометом и ошпарили кипятком?! – сказал Роман Евгеньевич и, не дожидаясь ответа, прошел в кабинет.
Прохор Петрович проводил министра до ванной комнаты и быстро вернулся обратно в приемную, которая уже наполнилась его заместителями, Игорем Аскольдовичем, комендантом и еще какими-то людьми.
– Что вы с ним сделали?! – зашипел он на Вячеслава Станиславовича. – Он просто в бешенстве!
– Мечтали выглядеть умными, а вышло еще хуже! – развела руками улыбающаяся Елена Аристарховна.
Вячеслав Станиславович на нее даже не посмотрел.
– Так что же все-таки случилось?! – шепотом закричал Прохор Петрович.
– Программное обеспечение подвело немного… – начал Вячеслав Станиславович.
– Один раз в жизни доверил министра встретить, и то не смогли! Десять минут всего надо было продержаться! – Прохор Петрович хотел еще что-то сказать, но тут в кабинете хлопнула дверь ванной комнаты, и он, сжав над головой кулаки, зарычал: – Убирайтесь отсюда к черту! Я сам все решать буду!
Подчиненные Прохора Петровича попятились к двери приемной и по одному исчезли в коридоре.
Роман Евгеньевич вышел из ванной комнаты в одной рубашке, бросил испорченный пиджак на диван.
– Хотел бы сказать, что рад с вами познакомиться, Прохор Петрович, – произнес министр, – но, согласитесь, в нашей ситуации это прозвучит весьма странно. Поэтому просто здравствуйте. – Роман Евгеньевич слегка наклонил голову.
– Здравствуйте, Роман Евгеньевич, рад все-таки… – проговорил Прохор Петрович и осекся.
– И все-таки мне интересно, – министр говорил спокойно и негромко, – вы нарочно придумали такую встречу или это просто спонтанная глупость?
– Глупость, конечно! – Прохор Петрович с радостью ухватился за спасительную версию. – Конечно, глупость!
– И вы действительно не знаете, что произошло по пути в ваш кабинет?
– Знаю только, что вам должны были показать наши новые технологии, – искренне признался Прохор Петрович, – но какое-то недоразумение вышло.
Министр пристально смотрел на Прохора Петровича, пытаясь по его мимике понять, издевается тот над ним или действительно ничего не знает.
– Прохор Петрович, – министр по-прежнему стоял напротив главы корпорации, – я готов был поверить в случайное недоразумение, когда ваш инновационный зонт, никого не спрашивая, улетел в дождливое небо. Я готов был даже смириться с тем, что сразу после этого стая помойных голубей, как по команде, обгадила меня с ног до головы, – перечисляя недоразумения, Роман Евгеньевич делал убийственные паузы, – но когда из-за угла выскочил сумасшедший толстяк со стаканом чая и плеснул в меня кипятком, – министр показал свою ошпаренную руку, – согласитесь, после этого вера в случайности у любого подверглась бы серьезному испытанию.
– Появление толстяка должна была предсказать еще одна наша разработка, предупреждающая о приближении людей за поворотами офисных коридоров, – попытался объясниться Прохор Петрович. – Не до конца обкатали…
– Это потрясающая идея – предсказывать появление сотрудников офиса в офисе! – воскликнул Роман Евгеньевич, и на лице Прохора Петровича проступила улыбка надежды. – Заявку на Нобелевскую премию еще не подавали?
Прохор Петрович расстался с улыбкой.
– Но представляете, и на этом не закончилось! – продолжил министр. – Как только болевой шок прошел, ко мне подскочил удивительный господин и предложил вместе с ним поржать над картинками в интернете! Это у вас штатный душевнобольной?
– Не совсем… – промямлил Прохор Петрович.
– И после всего этого сам собой напрашивается вопрос, – Роман Евгеньевич сел на диван, не приглашая Прохора Петровича присоединиться, – а в чем вообще смысл существования вашей корпорации? Зачем мы тратим бюджетные миллиарды на такие, извините за выражение, инновации?
– Дело в том, – Прохор Петрович стоял перед своим же диваном, – что мы, наша корпорация, ищем то, чего еще не существует. Мы пытаемся создавать технологии, которых еще не было. На этом экспериментальном пути невозможно без ошибок и неудач. Никто не застрахован…
– Я это понимаю, – перебил его Роман Евгеньевич, – но зачем вы держите откровенных кретинов, которые все дело вам портят?! Возьмите умных!