Прислушались. Из каюты раздавалось шуршание и не поддающиеся описанию звуки.
– Не-ет, не спят, – торжествующе прошептал Родион. – Смотри, окно неплотно закрыто, – показал он и поманил Аркадия в сторону, где можно было нормально разговаривать.
– Слушай, я когда к Сашке заходил, он жаловался, что окно плохо закрывается и почти не держится. Давай его резко опустим и напугаем их!
– Ну, давай. Надо ладони к стеклу плотно прижать и одновременно вниз потянуть!
– Точно!
Уже давясь от смеха, они вернулись обратно к окну, аккуратно прижали свои ладони к стеклу и, кивнув друг другу, резко двинули вниз раму, которая опустилась даже легче, чем они ожидали. Просунув головы в приоткрывшуюся щель и путаясь в шторах, они заорали что-то нечленораздельное. Шевелившаяся в каюте одеяльная масса с торчащими из нее ногами и руками сначала замерла, а потом дернулась к стене и хаотично задвигалась. Послышался приглушенный визг.
Довольные своим рейдом, Родион с Аркадием отскочили от окна и отступили под лестницу.
– Здорово, ха-ха! Похоже, мы сбили их с ритма. Надо выпить. – И Родион достал из-под лестницы бутылку виски.
Они сделали по хорошему глотку. Из каюты так никто и не вышел, и любители экстремального юмора, отдышавшись, решились на второй приступ.
Еще аккуратнее, чем в первый раз, они подобрались к окну, которое опять уже было прикрыто.
– Надо осторожней, а то Сашка хитрый. Теперь может нас и ждать, – предупредил Аркадий.
– Да этого книголюба уже опять в постель затащили.
– Только пугать теперь не интересно. Надо что-нибудь еще придумать… Слушай, давай брызгалку сделаем и устроим ему душ!
Заговорщики сходили в каюту Аркадия, где мирно спала его подруга, нашли там полуторалитровую пластиковую бутылку, допили из нее лимонад и наполнили водой из-под крана. С крышкой пришлось повозиться, но с помощью складного ножа, оказавшегося у запасливого Родиона, они все-таки проковыряли в ней несколько дырок.
– Все, готово. Теперь мы ему устроим послеобеденный сон вместе с его Анечкой. А то «там не пейте, здесь не выпейте»! Мы отдыхать поехали или что? – Родион несколько раз, для пробы, брызнул кривыми струями в раковину и остался доволен.
Они вернулись на палубу и снова подкрались к окну. Родион решил взять руководство операцией на себя.
– Давай, ты окно отодвинешь, а я ему волью как следует.
– Да без проблем.
Как только рама отъехала вниз и большое, удобное как мишень лицо Родиона оказалось на уровне открывшейся щели, штора распахнулась и яркий оранжевый апельсин как пушечное ядро влетел ему прямо в глаз. От неожиданности и боли Родион вскрикнул и отпрыгнул от окна. Аркадий же, предвидевший нечто подобное, успел отскочить в сторону, поэтому вылетевшее вслед за апельсином яблоко угодило ему только в плечо. Но потревоженный любовник на этом не успокоился и продолжал мстительно метать фрукты. Аркадий оказался в более выгодной позиции, рядом со стоявшим на палубе пластиковым столом, за которым и укрылся, а почти весь боезапас был выпущен в Родиона.
В результате такой контратаки им пришлось отступить на исходную позицию под лестницу
– Посмотри, у меня под глазом ничего нет? – спросил Родион, держась за ушибленную сторону лица.
– Пока нет, но скоро будет огромный фингал! А здорово он тебе заехал! Все-таки ждал нас, – прерывисто говорил Аркадий, перемешивая слова со смехом.
Родион приложил бутылку с остатками виски к скуле.
– Ну, Сашка! Я ему этого так не оставлю! Мне в понедельник на работу, а у меня тут зреет… – Родион отхлебнул вискаря и снова приложил стеклянную тару к зашибленному месту. – Он теперь у меня спокойно там не полежит! Надо собрать все фрукты.
– Давай, давай, собирай снаряды, а я пока посижу.
Родион, пригнувшись, выскочил из-под лестницы и стал быстро собирать раскатившиеся фрукты, чтобы начать очередную атаку. Но его уже ждали. Лишенный сна и супружеских утех Александр настроился решительно. Пока Родион собирал апельсины и яблоки, еще несколько плодов, в том числе увесистый жесткий гранат и похожий на изогнутый нож банан, обрушились на спину лазутчика. Родион попытался «отстреливаться», но позиция в каюте была почти неуязвимой: метнув два-три фрукта, Александр подымал забрало стекла и, закрывая амбразуру, оставался недосягаемым. Озлобленный очередным поражением, Родион вернулся под лестницу.
– Что ты расселся, помог бы лучше! – крикнул он красному, трясущемуся от смеха Аркадию. – Иди, отвлеки его, а я засажу ему яблоком в харю. Иначе я не успокоюсь! – Один глаз у Родиона уже заплывал красноватым отеком.
Но от Аркадия уже не было толка: он сидел на корточках у стены, закрыв руками мокрое от слез лицо, и захлебывался от смеха.
– A-а! – Родион махнул рукой, взял бутылку с водой и направился к каюте.