— Я хочу! — неожиданно закричала Шахназарова, приподнимаясь и хватая Аллу за руку так крепко, что та едва сдержалась, чтобы не поморщиться от боли. — Пожалуйста, мне это нужно, правда! Я должна… мне необходимо поговорить… чтобы кто-то сказал мне… объяснил, как жить дальше…
— Тогда я свяжусь с психологом прямо сейчас, — пообещала Алла, радуясь тому, что хоть как-то может помочь Лидии.
Разговор с врачом ее встревожил, и она боялась, что Шахназарова откажется от терапии, и тогда все усилия по ее спасению пойдут прахом! Но жертва оказалась разумной женщиной и понимала, что нуждается в помощи специалиста, а это — первый шаг к выздоровлению! Сможет ли она забыть случившееся? В этом Алла сомневалась, однако, возможно, Лидия получит ответы на свои вопросы и сумеет справиться с комплексом жертвы, если ей поможет профессионал.
Алла знала, что женщины, подвергшиеся насилию, часто винят в случившемся себя, занимаются самокопанием, ища в себе причины происшедшего. Окружающие их люди, друзья и даже родственники, нередко тоже считают, что жертва что-то сделала не так, ведь добропорядочная женщина просто не
— Последний вопрос, Лида, — сказала Алла, поднимаясь со стула. — Почему вы обратились именно в «Галактику»?
— Он сознался?
Лера дрожала от нетерпения, сама того не сознавая, однако Логинов не мог этого не заметить и втайне ликовал: наконец-то ему удалось всех обскакать и Медведь оценит его умения! Виктор и сам не понимал, почему ему так важно ее одобрение, но он страстно желал впечатлить эту самоуверенную девицу.
— Ты сомневалась? — спросил он, стараясь выглядеть безразличным.
— Рассказывай! — потребовала Лера.
— Истратов действительно спер ноутбук Теплова из его хаты, но он отдал его другому человеку.
— Кому?
— Некоему Илье Снегину.
— Не припомню, чтобы это имя упоминалось в деле…
— А оно и не упоминалось: Снегин — бывший опер, служил в одном отделе с Истратовым. Похоже, эти двое на пару немало дел наворотили!
— То есть Снегин больше не служит в органах?
— В точку: уволен по отрицательным мотивам.
— По каким, известно?
— Скорее всего, взятки и крышевание мелких лавочников: Истратов не желает брать на себя больше, чем следует, а они, судя по всему, тогда действовали заодно.
— Почему же самого Истратова не уволили?
— Да потому, мадам следователь, что Снегин взял все на себя и не потянул за собой тех, кто работал с ним в связке. Думаю, Истратов, стащив ноутбук, так с ним расплатился!
— Мадемуазель.
— Че?
— Ну я мадемуазель следователь, потому как не замужем.
— Ничего, скоро будешь мадам, если верить слухам.
— А ты не верь всякой ерунде — здоровее будешь!
— Так ты что, не…
— Не твое дело, Логинов! Продолжай.
— А что продолжать? — пожал плечами опер. — Ах да, самое главное забыл: как ты и предполагала, Истратов оказался не так прост и наивен, как, возможно, надеялся Снегин!
— Что это значит?
— Прежде чем отдать гаджет, Истратов скачал всю имеющуюся на нем информацию на флешку, включая содержимое «корзины». Я отдал ее нашим техникам, будем надеяться, что они вытащат из нее то, что нас интересует. Больше ничего Истратову не известно, и думаю, он не врет. Насколько я понимаю, ему не соизволили объяснить, с какого перепугу он должен пошуровать в хате Теплова с целью добыть любые носители информации.
— А трамадол и сульфат морфина он в квартиру подкинул?
— Говорит, что нет.
— Интересно… Но как же он так легко все тебе выложил? — нахмурилась Лера.
Методы Логинова вызывали у нее беспокойство, поэтому она не была уверена, что ей понравится способ, которым опер заставил подозреваемого говорить: хоть Истратов и подонок, каких поискать, и, по ее личному мнению, ему не место в органах, однако уподобляться ему все же не стоит!
— У него есть больной ребенок от бывшей сожительницы, — пояснил между тем Виктор. — Мальчишку готовят к пересадке почки. Отец и мать не подошли в качестве доноров, и пришлось искать за деньги. Ну ты понимаешь, откуда они, да?
— А как ты заполучил информацию из больницы?
— Мамаша сама рассказала, когда я пригрозил ей, что мальчишка не получит почку, потому что бабки — взятка и должны быть приобщены к делу.
— Так ты что… ты пообещал Истратову, что трансплантация состоится?! — воскликнула Лера в ужасе.
— Ну да.
— Но это теперь невозможно!
— Да какая тебе разница-то? — пожал плечами Виктор. — Ты же не станешь отрицать, что родители парнишки совершили преступление? Отец знал, за что ему платят, а мать… ну, может, она и не была в курсе, но, с другой стороны, неужто она не понимала, что такую крупную сумму ее бывший мужик попросту не мог заработать честным путем!
