— То есть тебе надо перестать играть в старшего братца, — прохожусь по нему взглядом, — Где кровь?
— Через пару минут Диего приведет кого-нибудь, — он потирает глаза, осмысливая случившееся, — Ты как?
— Замечательно, — буду, когда этот говнюк очнется.
— Это же было твое первое убийство? — он пытается положить руку на плечо, но я отмахиваюсь.
— Я сказала, перестань, Марсель, — рычу, — Когда он уже оживет?
Вампир тоже берет бутылку, делает большой глоток. Слышу, что кто-то подходит за несколько секунд до того, как дверь открывается. Диего и неизвестная, наконец-то. Беру нож и стакан. Грубо провожу лезвием по руке девушки.
— Фу, я что умер? — раздается сзади недовольный голос.
Восторг.
— Да, — улыбаюсь, — А теперь воскрес, — подлетаю к нему и протягиваю кровь, — Выпей.
— Черт, как ты концентрируешься на одной мысли? — он приподнимается на локтях, отбирая у меня стакан. Делает осторожный глоток. Затем быстро выпивает все до капли. Глаза расширяются, а на лице появляется довольная улыбка, смотрит на меня, — Неплохо, — смеется.
Хочу дотронуться до него, убедиться, что это все еще он, но сдерживаюсь. Помню, как это ощущается в первое время.
— Ты привыкнешь, — жду, пока он поднимается на ноги, смотрю на Марселя, разводя руками, — Мне надо в душ.
Паркер кидает на меня взгляд, удивленно открывает рот и осматривает комнату.
— А что тут случилось? — тычет в меня пальцем, — Ты что ли это сделала? — киваю. Ведьмак, хотя уже еретик, заходится смехом, — И я это пропустил? Какой кошмар!
— Да, провалялся все веселье, — отмахиваюсь, — Я в душ. Есть одежда? — это Марселю.
— Принесут через полчаса, — кивает.
— Мне тоже, — машет Паркер рукой перед лицом вампира и срывается с места. С человеческой скоростью, — Я первый.
Обожаю его. Закатываю глаза и даю ему пару секунд форы. Оказываюсь у двери в ванную раньше.
— Мне нужнее, — показываю язык и захожу, намереваясь закрыть за собой дверь.
— Дамочка, я только что умер, — он следует за мной.
— А я только что вырвала сердце тому, кто тебя убил, — улыбаюсь, — Вот этой рукой, — машу ему. Запекшаяся кровь стягивает кожу почти до середины локтя.
— И как ощущения, — закрывает дверь на защелку, делает шаг ко мне, — Понравилось? — игривый взгляд сменяется другим. Темным, густым, жадным.
— Нет, — лгунья, — Я вышла из себя.
— Расскажи, как это было, — он снимает пиджак, кидая его на пол и делает еще один шаг, — Что было в голове?
Кладу руку ему на грудь, намереваясь сохранить дистанцию, но он дергается, как от удара током.
— Прости.
— Нет, — машет головой, — Это просто в новинку, — улыбается, — Как будто ты под кожу залезла, — на мгновение задумывается, переваривая ощущения, затем стягивает футболку и подходит совсем близко, беря мою руку, — Давай еще раз, — кладет ее себе на ключицу, вздрагивает, — Это ты чувствовала, когда я тебя касался? — он недолго направляет меня, пока я сама не начинаю гладить его кожу. Дрожит все сильнее, дышит все чаще, — Ты должна была рассказать, насколько это приятно.
— Я еще сама не поняла, каково мне, — смотрю на него.
Нравится, как таращит от простого прикосновения.
— Тебе всегда страшно прыгнуть в омут.
— Ты был человеком. Мне хотелось тебя сожрать, — как же странно теперь без этого, — И еще обостренное обоняние, — осекаюсь. Прижимаюсь к нему, заставляя ахнуть, и провожу носом по шее, вдыхая. Не тот запах. Что это? Что-то сладкое, — Ты пахнешь, — вдыхаю еще раз, — По-другому.
— Это странно даже для нас, не находишь?
Какой-то цитрус. Помело? Нет, жестче. Грейпфрут.
— Когда ты был человеком, от тебя пахло жженой карамелью, — заставляю себя отстраниться, — Это вызывало такой голод, что мозги отключались, — провожу рукой по волосам, но вспоминаю про кровь и кривлюсь, — Черт.
— Да, надо помыться, — смеется, разрывая на мне майку, меняется в лице, обращая внимание на укус, — Эта тварь тебя цапнула? — прикладывает руку к плечу, зло смотря в глаза, — И ты мне не сказала?
— Еще же куча времени, — тепло растекается под кожей, а боль проходит. Оказывается, рана ныла все это время, а я и не замечала, — Были другие заботы, — театрально закатываю глаза, — Мое первое убийство, плюс ты еще умер.
— А если бы я не обратился? — он заканчивает с поглощением магии из яда и грубо разворачивает меня к себе спиной.
— Я знала, что ты очнешься, — стягивает мои джинсы, — Ты выпил кровь Марселя меньше часа назад.
— Все равно, — сжимает кожу на талии, бедрах, — Раньше ты не была такой безрассудной, — рычит на ухо, разрывая трусики, оставляя меня совсем без одежды, — Стоило увидеть, как я умираю?
— Ты ведь хотел, чтобы я отпустила тормоза, — ахаю, когда толкает в душ, включает воду. Когда он разделся? Освоил вампирскую скорость?
— Верно, — мурлычет на ухо, руки блуждают по всему телу, — И мне льстит, что ты это сделала, потому что испугалась за меня.
— Не принимай на свой счет, — на каком-то рефлексе выгибаю спину, — Мне просто захотелось развлечься.
— И как? Понравилось ее убивать? — дразнит меня.
На скорости разворачиваюсь и отталкиваю его. Приникаю всем телом, впиваясь в губы.