— Я хочу повеселиться, — наклоняет голову на бок, — И раз уж тебе не плевать на этот город, поехали в другой, — он улыбается, закусывает губу и поднимает одну бровь, — Давай, ради меня, — хочу было сказать, что это плохая идея, но он указывает пальцем, — Я поехал с тобой.
— Хорошо, — закатываю глаза, — Но сначала внушим хозяйке тебя пригласить.
Мы довольно быстро собираемся. Марселю я сообщаю о нашем небольшом отпуске по телефону, находясь уже за городом. Ему это не нравится, но он не решается со мной спорить. До Далласа чуть больше шести часов на машине, поэтому, если одного из вампиров покусают, мы успеем приехать.
Кай не говорит, как это обычно бывало в наших путешествиях. Он подпевает неизвестным мне песням и бьет в такт по рулю. Вот человек, умеющий нырять в омут. Первые несколько дней в роли бессмертной были странными. Все на максимум, я не могла привыкнуть. А он наслаждается, жадно изучая все, что несет в себе вампиризм. Он прав, ему давно надо было обратиться.
И почему я не могу так все отпустить? Нет, это не совесть. Она не проснулась, когда я решила, что убью Паолу, не подала голос, когда держала в руке ее сердце, да и сейчас молчит. Чего я боюсь? Меня не накажут, не посадят в тюрьму. Рядом нет никого, кто осудил бы.
А с каких пор меня не устраивает что-то? Зачем срываться с цепи? Тут ответа долго ждать не приходится. Растущая внутри тьма тянется к кое-кому определенному, подпитывается каждым взглядом, наполненным мглой и похотью. Может, поэтому я так хочу его, можно быть плохой, когда рядом такой, как он. Хорошо, что ада скоро не станет, ведь рано или поздно я сдамся и превращусь в настоящее чудовище.
— Мы почти приехали, — делает музыку тише, — Найди нам отель получше.
— Ты планируешь устроить кровавую оргию? — усмехаюсь, беру смартфон.
— Оргию? — кидает в мою сторону удивленный взгляд, на секунду отвлекаясь от дороги, — Тебе одного меня уже мало? — весело улыбается.
— Мне тебя иногда даже слишком, — качаю головой, — А ты еще и овампирился.
— Я теперь не так привлекателен? — кладет руку на колено, — Я думал, мы стали ближе, — мурлычет, двигаясь вверх, — Одни и те же импульсы, — сжимает внутреннюю часть бедра, от чего вжимаюсь в сидение, — Один и тот же голод.
— Смотри на дорогу, — пытаюсь казаться грозной, но голос едва не дрожит.
— Да брось, — тянет, — Я могу заставить тебя кончить, даже не отвлекаясь от вождения.
— Обе руки на руль, Паркер, — рычу и смахиваю с себя его ладонь.
Пытаюсь зацепиться разумом хотя бы за слово на сайте отеля «Омни».
— Зануда, — беззлобно рычит, — Я тебя растормошу.
— Нам сюда, — забиваю в навигатор адрес.
— Ты игнорируешь меня, переводя тему, — бубнит, изучая дорогу до нужного места, — Ты так не делала со времен мира-темницы.
— Там шикарные номера на верхних этажах, — смотрю в окно, — Почти четыреста баксов за ночь, но это того стоит.
— Не беси меня, Ринз, — голос звенит металлом по зубам.
— И отзывы хорошие, — хочу перевести на него насмешливый взгляд, но машина резко останавливается, так что чуть не бьюсь головой о панель. Паркер мгновение сидит, уставившись перед собой, затем вылетает из машины, в секунду оказываясь у моей двери. Распахивает ее и, вытягивая магию, чтобы я не могла сопротивляться, вытаскивает на улицу, — Что ты? — не дает договорить, открывает заднюю дверь и бросает меня на сидение, — Кай, брось, — отползаю, врезаясь головой в стекло.
— Заткнись, — рычит. Берет за обе ноги и тянет на себя, нависая сверху. Хватает за шею, — Скажешь хоть слово, — сжимает чуть сильнее, почти больно, — Я тебе печень вырву.
Ожидаю, что поцелует, но он не приближается. Смотрит прямо в глаза с таким мрачным кайфом, агрессивным желанием, что становится страшно. Рука с шеи опускается вниз, проходит через солнечное сплетение, живот, залезает под ткань моих шорт. Палец ложится на клитор, проводит по нему пару раз, заставляя дернуться. Паркер приоткрывает рот и поднимает брови, видя мою реакцию. Нажимает, водит по кругу. Кусает губы и почти смеется, когда вырывает из меня стон, хотя во взгляде густой патокой растекается тьма.
Чувствую себя совершенно беспомощной. С досадой осознаю, что мне действительно нравится, что он делает, хотя не должно, ведь сейчас это не игра в изнасилование. Тогда почему, поверх его действий, меня так заводит еще и то, как он себя ведет? Я, видимо, сумасшедшая.
Приближается губами к моим касаясь, но не целуя. Палец проникает внутрь. Скулю, не позволяя себе закричать. Он наращивает темп, нажимает на какую-то точку, гоняя по телу удовольствие. С каждой волной думаю, что вот сейчас приду к финалу, но в последний момент он останавливается.
С садистским наслаждением смотрит на мое недоумение пару секунд. Ждет ровно столько, сколько надо, чтобы оргазм откатился назад. И вставляет второй палец, заставляя вскрикнуть. Рычит, видя, как меня корчит.