«Поработала, называется! – корила себя. – Что мы имеем? Да уж! Психолог! Экстрасенс! – иронически покачала головой. Поставила чашку. – Погоди!». Обрывки недавнего видения, словно матрица, стали печатать красочные изображения.
– Не Сибирь! – повторила вслух, раздумывая. – Точно, не Сибирь…
Заглянула в сотовый. На календаре, – неделя, как она с семьёй в этом городе. Что ж ещё поведала Лариса?
…«Он, то есть Захар, увёз семью», а до этого…
Рано утром, когда Вадим и Кирилл ещё крепко спали, – поздно вернулись, пробыв целый день в заповеднике, – неслышно выскользнула из номера. В восемь пятнадцать уже сидела напротив начальника городского управления МВД.
– Вы ничего не путаете? Не ошиблись, Саломея? – спрашивал её полковник полиции. – Я поднял весь архив. Случаев, подобных вашему,… не было зарегистрировано! Преступления были, похожи! Но не серия! Ни в пятидесятых, ни начале шестидесятых…
«Серия! Не было такого термина в «уголовке». Слова такого не знали!» – вспомнила умные, насмешливые глаза «важняка».
Заметила, нет, ощутила, – её вопросы раздражают полковника. Всем видом, всё утро давал знать, – она здесь лишняя и, вообще, беседа окончена. Тема, время, дурацкие её вопросы, в том числе, – исчерпаны. Всё! Здесь её ничего не держит!
– Благодарю, вас! – поднялась. Неожиданно хозяин кабинета поцеловал ей руку на прощанье: – Будете в наших краях, милости просим!
– Нет уж, лучше вы – к нам!
Улыбнулись. Служебная машина полковника доставила Саломею к концу завтрака.
– Что-то случилось? – бросился навстречу Вадик.
– Всё в порядке, Дюша! Уезжаем!
– То есть? А ну! В глаза! – Взял под руку. – Что? Ничем не помогли? Нахамили? – Погладил плечо. – Да пошли ты их всех к чёрту! Домой, так домой! Я даже рад!
– Я, признаюсь, тоже! – материализовался перед ними Кирилл.
– У нас-то в столице жара! – заявил отец. – Асфальт плавится! Сорок градусов, передают! Немыслимо!
– Асфальт, пап, ерунда! Здесь, конечно, неплохо! Но родина, – нажимая на кнопки мобильного, тихо, под нос себе пропел., – «снова еду я на Родину! Пусть кричат: «Уродина!», а она мне нравится, хоть и не красавица»…
Родители многозначительно переглянулись.
Во время обратной дороги, не спали, – болтали обо всём. Кирилл показывал снимки, что были сделаны в заповеднике, не переставая бойко комментировать.
– Думаешь, кто сидит вон там, на верхушке? Не догадаешься! На кошку похож зверь, да? – Саломея кивнула, чтобы не обидеть сына. Увидела, и правда, какую-то тень на самой вершине сосны. Кирюша продолжал восторженно:
– Рысь! Ну, белок полно! Ничего удивительного. А! Вот! Глухарь! – Чуть ниже, на снимке, – счастливые, с широкими улыбками, – Вадим, Кирилл. Рядом неизвестный мужчина в камуфляже с ружьём.
– Знаешь, ма! Если бы не эти «твои» дела? Увидал бы я всё это? – Сам себе, вздохнув, – никогда! – Взглянул в иллюминатор. – Что в классе-е-е буде-е-е-т, когда покажу!
Саломея взлохматила светлые волосы сына: – До осени далеко, дорогой Миклуха – Маклай!
С улыбкой:
– Вадик! Признайся, как, всё же, удалось вам попасть в заповедник?
Вадим, наклонился к её уху, прикрывая ладонью рот:
– Цена вопроса!
– И только? Пустяки, какие!
– Поверь, не такие уж пустяки!
Потом, заглянув жене в глаза: – Моля! Какие планы на завтра?
Саломея пожала плечами.
– Доложусь генералу! А впрочем… Это мало что прояснит!
– Вы, девушка, – обратился насмешливо, – меня удивляете! Столько сделать? И снова! Одно и то же! Когда ты прекратишь в себе сомневаться? Моля! Ты, можно сказать, раскрыла им, сколько там? Три, нет, четыре «висяка», или как там, – «глухаря»! Да когда? В какие годы! После войны!
– Вот именно! «Можно сказать»! Кому это что-то даст?
– Во-первых, не передразнивай! Плохой пример для Кирилла! – дёрнул Вадик плечом. – Во-вторых! Не пойму! Там ты, что называется, «цвела»! Чем ближе к дому, – апатия! В конце концов, мы все немного развеялись! Ты поработала! Да! – посмотрел жене в лицо. – Как могла!
– Вот именно! «Как могла»! – эхом повторила она.
– Виртуозно, надо сказать! – не обращая внимания, продолжал Вадим. – Никому бы и в голову не пришло, ну, этим! – Покосился на сына. – Генералу твоему, его «насмешникам» начать! И откуда? Лететь в Сибирь! Начхать на запланированный семейный отпуск в тёплые края! – схватил её руку. Поцеловал пальцы. – Ты, мать, героиня! Нет, серьёзно!
– Ничего себе, – «начхать»! – подхватил Кирилл. – Когда бы я побывал… Думаете, из нашего класса, да я уверен на все сто, – никто из гимназии не были в Сибири! – достал наушники. – Вот скажите! Разве у нас хуже, ну, в нашей стране, чем где-то в Испании, Италии, Сейшелах? – Поелозил. – Ну, ясно, – чистое море, песок. Покупался, позагорал, а дальше? Скука! Турция. Вот тоже! Что я наших пьяных мужиков там не видал? А Египет? Нет, вы вспомните! Вставать ни свет, ни заря, чтобы посмотреть пирамиды! Да ещё в сопровождении автоматчиков, чтобы террористы в заложники не взяли! И всё для того, чтобы в сочинении написать, что я – не хуже всех! Везде был, всё видел, как многие из гимназии!
– Но мы ездили туда не для того, чтобы…
