Яркий белый свет над головой. Стены слева, справа раздвигаются и тают. Их нет. Незримая сила подхватила и понесла к белому сиянию. Чуть слышно ступает по платформе. Сомкнутое пространство отсвечивает синим. Там, где преломляются синий с фиолетовым, она видит два знакомых женских силуэта. Хрупкий силуэт юной девушки выражает смирение. Печальные глаза смотрят с тоской. Саломея чувствует: это прощальный взгляд. Нисколько не страшно, она знает – её не коснётся. Тяжёлое тёмное пятно взметнулось и направилось к ним обеим. Пожилая женщина смотрит вызывающе и зло. Аккумулируясь, растворяется в чёрном облаке. Исчезает. Серебристый свет озаряет платформу. Девушка, что стояла рядом, – исчезла. Включается чётко отработанный алгоритм действия. Она возвращается.
Толчок.
Знакомые стены. Ниша в окне. Она снова здесь, где привыкла находиться, когда решается любая, внезапно обозначившаяся на горизонте, головоломка. Маленькая, цвета фуксии, вышитая подушечка. Она – под головой. Конечно, Вадик постарался. И тут услышала знакомое, насмешливое:
– Что, милая? Отошла? А ну, давай, присоединяйся!
На круглом блюде – ярко – красные ломти арбуза. По кухне витает свежий аромат. И снова насмешливое:
– Давайте-давайте! Вставайте, девушка, не пожалеете! Заодно и покумекаем!
– Ну, разве что, «покумекать», – также, иронично, отозвалась Саломея.
– Вы, барышня, не ёрничаете, а лучше послушайте драгоценного супруга. – Вадим надкусил красную сахарную плоть арбуза. – Я тут посидел, пораскинул кое-чем, пока ты, – красноречиво, веером покрутил пальцами возле головы, – сама понимаешь! Так вот… – Сплюнув, положил семечки на блюдце. – Кто из наших знает об этом, «твоём», деле?
– Что ты удумал, Вадик! Что-то нереальное. Хотя. Подожди. Я, – начала Саломея, – ты. Ты не в счёт! Валерий. Тоже не в счёт! У него только бывшая тёща. Погоди! Лера! Новый человек! Кому-то рассказала? О ком часто упоминал Валька? Правильно. Её родственницу. Какую-то тётушку. Погоди! – усмехнулась, стала энергично жать на кнопки мобильного.
– Кому? – подался вперёд Вадик.
– Лерке! За океан!
Вадим пожал плечами: звони. Но что толку?
– Ну, Моль! Ну, прости! – умоляла Лера, – знаю, да! Болтушка я! Но не каждому встречному, только тётушке. – Жарко оправдывалась, – согласись, всё же не чужой человек! – Дальше – расспросы о здоровье, настроении. Разговор окончен. Длинные гудки. Саломея сдвинула брови, задумчиво и серьёзно, продолжала смотреть на трубку.
– Мимо? – воскликнул Вадим. – Как видишь! Ладно, думаем дальше! А давай, – дёрнул плечом, – ещё раз посоветуемся с Пашковым.
– Ни в коем случае! Они все и так на меня вот такой зуб имеют! Голову, считают, им морочу! А тут, скажут, женщина окончательно с катушек слетела. Всё ей мерещится, кажется! Однозначно подумают: цену себе набиваю! Не буду! Как хочешь, и тебе не позволю!
– Вон оно, как! – взвился, неожиданно, Вадик. – А мне прикажешь: сидеть и ждать? Молча наблюдать, пока тебя не…
Саломея молча встала из-за стола, прошла в спальню. Словно вымещая на ком-то негодование, долго взбивала подушку. Не знала, сколько времени пролежала, вот так, с закрытыми глазами. Не заметила, как сумерки занавесили окна. В комнату тихо зашёл Вадим. Зажёг настольную лампу у изголовья: – Моля! – позвал нежно. – Поднимайся. Ночью спать не будешь!
Не успел договорить – раздался телефонный звонок. Саломея встрепенулась. Резко встала.
– Дети звонят! – мужу: – Ну, скорее же, Вадик! Подними трубку!
– Ах, ты, сволочь! – до слуха донеслось ругательство. Выйдя в прихожую, потрясённо смотрела на мужа. Вадим стоял к ней спиной, продолжая кричать в трубку: – Назовись, гад! Достану – убью!
– Ты, вначале достань, умник! – услышал в ответ. – Венок и место на кладбище закажи своей бабе. А пока… – раскатистый смех и длинные гудки. Вадим какое-то время с ненавистью смотрел на трубку.
– Опять? – Саломея покачала головой. – И неясно, да? Чей голос? Мужчина или женщина?
– Конечно, мужик! – будто самому себе ответил он. Повернул к ней лицо. – Шутки?! – кивнул в сторону аппарата. – Одну из дома – не пущу! Возражения не принимаются! Или со мной, или… Звоню Пашкову! Пусть устанавливают эти свои милицейские штучки – примочки… Хотя, может, запишем голос на автоответчик. Для начала! Отдашь ему кассету, там видно будет!
Наткнулся на вопросительный взгляд жены.
– Знаешь, дорогая, что такое Фоноскопическая экспертиза? Голос каждого человека, как не меняй, уникален так же, как отпечатки пальцев! Так вот, в наше время по голосу можно определить очень многое, даже рост и вес…
