– Ну, зачем так, Вадик! Прямо-таки, сразу – и пёс? – сквозь смех произнесла. – Хотя, есть в этом что-то…
– Продолжайте, мадам, – иронично заметил Вадим, – веселитесь! Мне по душе ваше нынешнее состояние! – Неожиданно мягко перехватил и поцеловал её руку.
Опознание. Саломея стояла возле большого стеклянного экрана. По другую его сторону, видела, как в комнату завели несколько молодых мужчин.
– Вы узнаёте кого-нибудь из этих людей? – обратился к ней следователь.
Конечно, она узнала тех двоих. Тогда, на лестничной площадке. Эти двое обсуждали… Ей показалось, на неё впились – холодно и равнодушно, – те самые глаза. Именно этот человек интересовался тогда у напарника: способен ли тот идти до конца.
– Они вас не видят! – Произнёс следователь, уловив едва заметное волнение. – Посмотрите внимательно, ещё раз. Кого из них вы видели в день гибели вашего соседа на лестничной площадке?
Второй «знакомый» ей мужчина был, на удивление, спокоен, безучастно смотрел по сторонам. Саломея указала на них. Затем прошли в кабинет следователя.
– Распишитесь, пожалуйста, здесь и здесь! – мужчина указал на галочки в протоколе. В это время зазвонил телефон. Взяв трубку, хозяин кабинета, внимательно взглянул ей в лицо.
– Что же вы не сообщили, что знакомы с генералом Пашковым?
– А эти двое? – не ответила на вопрос. – Что будет с ними?
– Будем проверять! Пока задержим, а там… Кстати, – дёрнул головой.
– Почему сразу не сообщили в органы об этом, услышанном тогда разговоре? Вы же, как утверждают многие, – нехорошо улыбнулся, – ясновидящая или что там? Не разбираюсь в этой чепухе.
– К этому делу, – кивнула на протокол Саломея, – моя, как вы говорите эта вся «чепуха» не имеет никакого отношения.
Мужчина вскинул голову и очень серьёзно заявил: – Вы – свидетель! Мало того… – Затем, слегка с иронией: – И откуда, разрешите спросить, такая уверенность?
– Я не просто уверена. Знаю! – Немного помолчав, спросила: – Те двое, всё же… Что их ждёт?
Не ответив на вопрос, следователь хмыкнул: – Вы, оказывается, и с органами сотрудничаете? А с нами? – усмехнулся. – Понимаю! Рылом, что ли, не вышли? Пашков приглашает вас к себе, в кабинет! Могу предложить машину!
– Спасибо, не беспокойтесь, я – на своей!
– Как знаете! – засуетился, бесполезно переложив, с места на место несколько листов. Теребя тонкую папку с бумагами, видимо, не решался спросить – Будете генералу на нас жаловаться? – лицо пошло красными пятнами.
– За что?! – недоумённо спросила, оглянулась, взявшись за ручку двери.
– Вон, – кивнул на телефон, – из-за вас уже и нагоняй получил! Что, мол, мучаете, отрываете от дел хорошего человека!
Саломею обескуражили тон и догадка следователя. В ответ, молча, пожала плечами. Не нашлась, что сказать, кроме: – Всего хорошего!
Не успела сесть в машину, раздалась мелофония сотового.
– Саломея!
– Неужели…, – перебила, с тревогой в голосе, – опять?
– Вы в дороге? – не ответил сразу. – Ну, не совсем то, о чём подумали… Я вас жду! Это очень важно!
В кабинете Пашкова уже сидели за столом Крошеминников и Вольнов. От неё не ускользнуло то, как мужчины взглянули на неё. Выражение их лиц выдавало беспокойство и ещё что-то, – сразу не поняла. Антон Крошеминников без улыбки поздоровался и направился ей навстречу. В глазах – тревога и… жалость. Вот уж от кого не ожидала. Она заметила, что и Аркадий Петрович едва сдерживал беспокойство. В самом воздухе витало нечто. Сердце заныло от предчувствия.
– Так что же произошло? Можете, наконец, объяснить?
Олег Вольнов предложил ей стакан воды.
– Только спокойно, Саломея! – заботливо начал Антон Крошеминников. – Без паники!
– Нет, это выше моих сил! – нетерпеливо воскликнула. – Ну, говорите же, наконец!
Генерал выложил снимки на стол.
– Очередная жертва? Я так и знала, – внимательно взглянула на фото.
– Неподалёку от твоего дома был найден труп женщины сегодня ночью. Возраст, приблизительно сорок – сорок пять лет. А теперь, Саломея, приглядись! Никого не напоминает? Цвет волос, платье…
– Напоминает… Меня! – предательски задрожали пальцы.
– Верно, ты и эта женщина – просто один человек! Если не присматриваться, конечно!
– Интересно другое, – начал Крошеминников, – сила удара та же, но способ убийства другой. Тот, каким были убиты другие, не основные жертвы. Мы прозвали их ложным «приложением». Покажется невероятным, но кто-то «разбавляет» серию, как мы предполагали раньше говорили, нас явно пытаются… И ещё одно. Самое главное! Вспомни, каким образом, когда и где, кто-то узнал о том, чем ты занимаешься?
– Как это, кто? Все мои. Муж, дети! Дальше. – Не хотелось Саломее называть, но пришлось. Вслух: – Кто ещё? Старые, проверенные друзья.
Поймала на себе осуждение всех, кто находился в кабинете. Назвав фамилию Валерия, Игорь Вольнов присвистнул. – Неужто, тот самый? Международный обозреватель – аналитик? – Саломея согласно кивнула.
Продолжила: – Его невеста, Валерия.
