- Во-во, так меня и бранят всю жизнь, сколь себя помню. Уж как серый маг в ученики взял, вся деревня ликовала. Даже матушка. "Наконец-то, - сказал, - от тебя, дармоеда, продых будет! Сил нет перед соседями стыдиться за твои дела!" А девки рыдали. Больно любили, чтоб я на дудочке им поиграл. Глаз у меня, говорили, такой - как гляну, любая о моей дудочке задумается.
- А ты вчера и впрямь играл? - уточнил Морт. - Я имею в виду, по-настоящему?
- А как же, сперва поиграл маленько. Она говорит: "Хорошо играешь, едем с нами по городам, по разным теплым странам".
- Ну и ты чего?
- А я с вами, дяденьки. С вами веселее. И потом, этой тетеньки хахаль меня не потерпит. Разок-то выдержал, и то под дверью скребся, дышал. Я все слышал!
- "Тетеньки"! - Морт подмигнул Туйвину. - А я что говорил! Ох, Кестис… кто бы мог подумать, что ты такой… музыкальный.
- Каждому Солнце свой талант отмерило, - вздохнул парнишка. - Кому хорошее досталось, а мне вот это самое.
- Плохое? - подмигнут Морт.
- Не-е-е… тоже хорошее.
В дверь аккуратно постучали.
- Эй, гостенечки дорогие, - позвал из коридора хозяин "Сломанной подковы", - как ночевалось? Все ли хорошо? Всем ли довольны?
Туйвин отпер дверь, но хозяин не вошел, остался снаружи и глядел в пол, проявлял вежливость.
- Славная комната, - одобрил Морт.
- Так не изволите ли теперь откушать, чем лес одарил? А то вас уж внизу дожидаются. Так разумею, за лошадок ваших монеты принесены. Вы уж извольте, в зал пожалуйте, откушаете заодно.
Приятели спустились в зал. Поутру там было пусто и тихо - ни музыки, ни криков. Несколько постояльцев лечились пивом, а в углу сидели двое крепких мужиков - Морт, едва глянув, угадал в них людей Ахагала. Когда все расселись, старший из пары ахагаловых подручных протянул Туйвину мешочек.
- Это вам велено вручить. Изволь-ка перечесть, человек добрый.
- Неужто я сомнение какое имею! - Туйвин изобразил возмущение. - Я ж со всем доверием!
Когда он обращался к работникам ночного цеха, его речь менялась. Он говорил точь-в-точь в их манере.
- Однако же перечти, сделай милость, - стоял на своем посланец, - так и мне спокойней будет, чтобы точно знать, что к рукам ничего не прилипло.
Туйвин, всем своим видом демонстрируя недовольство, пересчитал монеты и поблагодарил - все верно.
Когда посланцы откланялись, он заявил:
- Раза в два больше, чем я рассчитывал. Эх, молодой здесь Ахагал, молодой… Ну ничего, еще обтешется, если проживет достаточно долго. Перестанет свою щедрость показывать кому ни попадя.
- Ничего, - утешил его Морт, - зато нам повезло, что красавчик решил тряхнуть мошной посильнее. Мы отсюда уберемся и больше его не увидим. А монета нам пригодится. Нужно еще лошадь купить, на этот раз не ворованную.
- И чем скорей уберемся, тем лучше. Не нравится мне, когда Ахагал такой молодой. Ты ведь коня не здесь будешь покупать?
Морт согласился. Заметать следы - это было чем-то вроде забавной игры, и он получал удовольствие, придумывая разные способы сбить со следа золотых магов и людей короля. Значит, коня будет покупать в другом городе.
После завтрака, Туйвин подозвал хозяина и объявил, что они покидают "Сломанную подкову".
- Сколько тебе за постой причитается, почтеннейший?
Хозяин замахал руками так энергично, что стал похож на ветряную мельницу.
- Лес меня возьми, если хоть медяк возьму с таких постояльцев! Да мне в радость вам услужить, если чего на дорожку требуется, только скажите!
Туйвин не стал навязывать деньги - и тем сразу продемонстрировал, насколько он, человек бывалый и тертый, отличается о молодого и щедрого Ахагала.
Тут в зал спустились артисты, рыжая певица снова была в белокуром парике и выглядела вполне счастливой. Увидев Кестиса, помахала рукой и крикнула:
- Мы в Тайлан на турнир! Будешь там, разыщи меня, малыш! Поиграешь еще на своей дудочке!
Распрощавшись с хозяином, который до последнего мига оставался радушным до неимоверности, приятели покинули постоялый двор. В двух кварталах наткнулись на городскую стражу. Солдат в цветах графа Мировского было четверо, они нервно оглядывались и держали оружие под рукой. Видно, даже четверым было не по себе, когда входили в трущобы. Рядом с ними лежало тело, укрытое дерюгой, из-под грязной ткани торчали ноги в растоптанных башмаках.
- Идем скорей, - буркнул Туйвин, - видишь страже пока не до нас. Ночью кого-то зарезали, они явились тело забрать, носилки или повозку ждут.
Путники прошли базар - заспанные торговцы только начали раскладывать товары. Туйвин, не торгуясь, купил кое-какой снеди в дорогу, теперь можно было покидать славный город Миров. Возле въезда на рынок поднялся шум - кого-то били. Морт, привстав на носки, глянул поверх голов - похоже, поймали воришку. Кто орал, чтобы вызвали стражу, кто, наоборот, требовал бить злодея, пока стража не забрала. Еще Морт приметил вчерашнего нищего. Когда началась суматоха, хромой поднялся и заковылял прочь, талантливо изображая калеку. Пошел доложить своему старшине.
Когда выбрались из толпы, Туйвин тихо заговорил:
