Земля Сумеречных была… иной. Небо здесь не было ни дневным, ни ночным – вечные сумерки, где свет и тьма танцевали в бесконечном балансе. Растения были серебристыми, отбрасывающими золотые тени. Сами камни казались дышащими.
– Добро пожаловать в Умбралис, – провозгласила Морвена. – Последний оплот тех, кто выбрал иной путь.
Город, к которому они приближались, был архитектурной невозможностью. Здания росли из теней, мосты были сотканы из лунного света, улицы меняли направление в зависимости от времени суток, которого здесь не было.
Жители встречали их с любопытством, но без враждебности. Все были изменёнными – серокожие, черноглазые, окружённые живыми тенями. Но в их лицах читались эмоции, в жестах – человечность.
– Они счастливы, – удивлённо заметила Эсме.
– А почему нет? – откликнулся один из прохожих. Его голос был мелодичным, с отголосками эха. – Мы нашли гармонию. Не лёгкую, но настоящую.
Их привели во дворец – если это строение можно было так назвать. Скорее, это было место, где архитектура отказалась от попыток притворяться логичной. Залы перетекали друг в друга, потолки были полами для других комнат, гравитация работала по настроению.
В центре, в зале, который был одновременно огромным и интимным, их ждал Совет Сумеречных.
Пять фигур, каждая – воплощение аспекта слияния. Морвена заняла своё место среди них.
– Лира из рода Лунных, – заговорил центральный фигура, древний сверх счёта. – Мы знаем о тебе. О том, что ты несёшь. О том, чем можешь стать.
– И чем я могу стать?
– Ключом. – Старейшина поднялся, и его тень развернулась, показывая видения. – Смотри.
Образы хлынули в сознание. Первые дни мира, когда свет и тьма были одним. Потом – разделение, рождение теней как отражений. Долгие века баланса. Теневые войны. Попытки подавить, контролировать, очистить.
И последствия.
– Каждый раз, когда люди пытались отрицать свою природу, границы слабели, – голос Старейшины был печальным. – Мы здесь научились принимать. Но этого мало. Трещины растут. И через них…
Новые образы. Существа из кошмаров – не тьма, не свет, а отсутствие обоих. Пожиратели. Они двигались между мирами, оставляя пустоту. Не смерть – небытие.
– Они питаются конфликтом между светом и тьмой, – понял Риан. – Чем больше мы боремся с собой, тем сильнее они становятся.
– Именно. И теперь, после столетий накопления, они почти прорвались. – Старейшина сел обратно. – Нужно новое решение. Не подавление, не контроль, не изоляция. Истинное единение.
– Преображение, – сказала Лира. – Что именно оно включает?
Морвена встала.
– Позволь показать на примере. – Она жестом пригласила одного из добровольцев – молодого мужчину из Цитадели. – Не бойся. Процесс интенсивный, но не опасен, если принимаешь его.
Она положила руки на плечи юноши. Её тень потекла через прикосновение, окутывая его. Но не поглощая – приглашая к танцу.
Молодой человек задохнулся, его глаза расширились. Его собственная тень начала отвечать, поднимаясь, сливаясь с телом. Кожа начала сереть, но лицо озарилось пониманием.
– Я вижу… – прошептал он. – Оба мира. Они не разделены. Они – грани одного целого.
Процесс занял минуты. Когда закончилось, перед ними стоял изменённый человек. Сумеречный. Но его улыбка была той же, личность нетронутой.
– Я всё ещё я, – сказал он удивлённо. – Но больше. Как будто всю жизнь видел одним глазом, а теперь открыл оба.
– Кто следующий? – спросила Морвена.
Один за другим, добровольцы проходили преображение. Некоторым было труднее – особенно тем, кто всё ещё боролся со своими тенями. Но Морвена и другие Сумеречные направляли их через процесс.
Наконец, остались только основная четвёрка.
– Твоя очередь, – мягко сказала Морвена Лире.
Лира посмотрела на Кайдена. В его глазах читался страх за неё, но и поддержка. Через Связь текла его любовь, обещание быть рядом, что бы ни случилось.
– Вместе? – спросила она.
– Всегда, – ответил он.
Они встали перед Советом. Эсме и даже Умбра присоединились – все четверо, связанные судьбой и выбором.
– Это будет… необычно, – предупредил Старейшина. – Вы уже связаны способами, которые мы не полностью понимаем. Преображение может усилить это или…
– Или? – требовательно спросил Кайден.
– Неизвестно. Вы первые.
Лира глубоко вздохнула.
– Мы привыкли быть первыми. Начинайте.
Все пять членов Совета встали, окружая четвёрку. Их тени поднялись, создавая купол из живых сумерек.
А потом мир взорвался.
Лира чувствовала, как тени предков внутри отвечают на зов. Но теперь они не рвались наружу – они текли через неё, становясь частью её сути. Граница между Лирой и тенями, которые она несла, стиралась.
Рядом Кайден проходил через своё преображение. Умбра не сопротивлялась – впервые за всё существование, она и Кайден становились истинно одним. Не хозяин и паразит, не партнёры – единое существо с двумя аспектами.
Эсме смеялась сквозь слёзы, её хаос танцевал с новым порядком, создавая узоры невероятной красоты.