Ему удалось нагнать Бентли, когда, щелкнув пальцами, тот приказал слуге привести его коня. В ожидании он принялся расхаживать взад-вперед, пытаясь принять решение. В ярости он не замечал грохота проезжавших по Пэлл-Мэлл экипажей и телег. Наконец подвели коня. На полпути к Воксхоллу его ярость превратилась в панику: он осознал, что его предали, но назад не повернул и ни разу не усомнился в разумности своих действий.
Так и не успев решить, что делать, Бентли проехал под башенкой с часами и оказался на мощенном булыжником внутреннем дворе Страт-хауса. Быстро спешившись, он бросил поводья груму в ливрее цветов дома Раннока. Две лестницы огибали с обеих сторон великолепный фонтан и поднимались к классическому парадному входу рыцарских времен. Бентли побывал здесь всего один раз, но особняк произвел на него незабываемое впечатление. Быстро поднявшись по лестнице – той, что справа, – он стукнул по двери висячим молотком и сказал открывшему дверь лакею:
– К мисс де Авийе.
Но в Страт-хаусе в отличие от Чатема соблюдался строгий этикет.
– Мисс нет дома, – с поклоном ответил лакей. – Не желаете ли увидеться с леди Раннок?
Бентли на мгновение задумался. Но что он мог сказать леди Раннок? «Я лишил вашу кузину девственности, так что она по праву принадлежит мне»? Нет, даже в таком состоянии Бентли понимал, что это глупо.
– Я настаиваю, чтобы вы сообщили мисс де Авийе о моем приходе.
Лакей едва заметно улыбнулся:
– Извините, сэр, но, как я уже сказал, юной мисс нет дома.
Бентли покачал головой:
– Нет, я уверен, что она дома, но приказала вам спровадить меня. Идите и скажите ей, что я не уйду, пока не поговорю с ней.
Лакей нетерпеливо вздохнул и, взяв в руки небольшой серебряный поднос, протянул его визитеру, всем своим видом показывая, как тот его достал.
Только тут Бентли осознал, что не только не дал лакею визитную карточку, но даже не потрудился представиться! Лакей его не знал. Кроме того, он явился сюда в не слишком презентабельном виде и требовал свидания с незамужней леди, которой, возможно, действительно не было дома. А он, наверное, выглядел как деревенский дурачок или какой-нибудь еще более неприглядный персонаж.
– Сэр! – прервал его размышления лакей. – Ваша визитная карточка?
Бентли почувствовал, что краснеет, и пробормотал:
– Похоже, я забыл эти чертовы карточки. Сейчас привезу.
Он направился к лестнице. За его спиной дверь захлопнулась так громко, словно хотела сказать на прощание: «Скатертью дорога!» Бентли был унижен, но, черт возьми, не обескуражен. Он сел на коня и направился к реке, стараясь привести в порядок разбредавшиеся мысли. Ему необходимо увидеться с Фредди, хотя он почти не сомневался, что она попытается избежать этой встречи. Как же быть? Что придумать?
Пока ехал по Ричмонду, его наконец осенило. Это было какое-то воспоминание, словно он уже думал об этом, но потом забыл – то ли по рассеянности, то ли по какой-то иной причине.
Да, это то, что надо!
Бентли пришпорил коня, и мощное животное ринулось вперед так резво, как будто его только что оседлали. На этот раз он доехал до Вестминстерского моста и повернул к Стрэнду. На Лондон опускался вечер, солнце садилось за крыши домов, и под воздействием лондонского воздуха розоватый цвет закатного неба превратился в красную дымку. Стрэнд был тоже забит транспортом, и Бентли потребовалось не менее десяти минут, чтобы добраться до места назначения. Спешившись, он сунул шиллинг в ладонь грязному, но весьма жизнерадостному мальчишке, бесцельно слонявшемуся возле фонарного столба, и сказал, положив руку на его узкое плечо:
– Получишь еще столько же, если посторожишь лошадь.
Рабочий день закончился, и Ратледжу пришлось буквально проталкиваться сквозь толпу испачканных чернилами клерков и усталых продавщиц, хлынувшую в направлении Чаринг-Кросс. Протиснувшись между двумя затянутыми в корсеты матронами с черными зонтиками, он наконец добрался до нужного дома. Бентли задержался перед входом ровно настолько, чтобы прочесть надпись на неприметной медной пластинке: «Мистер Джордж Джейкоб Кембл. Элегантная одежда и изящные аксессуары для любых случаев».
Бентли вовсе не собирался предпринимать ничего подобного, но, не в состоянии придумать ничего лучшего, решительно повернул ручку двери и вошел внутрь так стремительно, что над головой бешено заплясал маленький колокольчик. Из-за ширмы появился молодой элегантный красавец с великолепной прической и словно подплыл к двери, едва касаясь ногами пола.
С сомнением окинув взглядом одеяние посетителя, он произнес:
– Бонжур, месье. Чем могу помочь? Драгоценности? Серебро? Антикварный фарфор? У нас имеется исключительно красивая египетская керамика, недавно найденная на раскопках неподалеку от Каира.
– Нет, благодарю вас, – прервал его Бентли.
Приказчик задрал нос еще выше:
– Может быть, что-нибудь традиционное? Коллекция китайской вышивки шестнадцатого столетия, только что приобретенная на распродаже одного поместья?
– Спасибо, нет, – отмахнулся Бентли.
