Энва улыбнулась печальной улыбкой, похожей на полумесяц, и ее волосы начали закручиваться вокруг нее, как будто ее затягивала буря.
– Вы, смертные, не слишком охотно доверяете чужим. А мне нужно было твое доверие, Айрис.
Сон резко оборвался.
Айрис проснулась, холодная от пота. Голова кружилась. Форест опять тряс ее колено, и она выпрямилась, чувствуя, что потянула шею.
– Что такое?
– Слышишь?
Он говорил так тихо, что она с трудом разобрала это слово.
Оба прислушались, не шевелясь и почти не дыша. На сей раз она услышала. Звук, как будто кто-то подбирает ключ к входной двери.
– Потихоньку вставай, – сказал Форест. – Спрячься на кухне. Если дела пойдут плохо, беги. Отправляйся прямиком к Этти, хорошо?
Айрис не могла говорить; внутри горел страх.
– Иди, – поторопил Форест, вставая вместе с ней.
Она послушалась брата, бросилась в темную кухню и присела за рядом шкафчиков. Гостиную отсюда было не видно, и это ее беспокоило. Она не видела Фореста и не понимала, что происходит. Зачем кому-то понадобилось вламываться к ним среди ночи?
Дверь приоткрылась.
Мгновение ничего не происходило, стояла полная тишина – такая, что Айрис боялась дышать. Потом послышались шаги. Внезапно запахло туманом, влажными камнями и поношенной кожаной одеждой. Лампа замигала.
Айрис прикусила ладонь, подавляя приступ паники.
Незнакомец остановился.
Через мгновение раздались грохот и стон. Похоже, опрокинули стол, и тела врезались в мебель и стены с такой силой, что затряслась одинокая картина в раме. Янтарный свет снова замигал, и лампу уронили. Квартира погрузилась в темноту. Айрис тяжело дышала, продолжая сидеть на корточках. Мышцы горели.
Кто-то закричал от боли. Крик пронесся по ней как удар тока – Айрис знала, что кричал Форест. Знала, как будто это ее ударили.
Форест хотел, чтобы она убежала, бросив его. Но Айрис стиснула зубы и встала, вспомнив про меч, оставленный на буфете.
Она знала эту квартиру как свои пять пальцев. Могла ходить по ней в полной темноте и двигаться бесшумно. Но когда она вошла в гостиную, внутрь проникал луч света от уличного фонаря. Айрис увидела разбитый стол и осколки чайных чашек на полу. Пузырьки с лекарствами Фореста разбились, и из них высыпались таблетки. Она увидела две тени, которые боролись друг с другом возле дивана, верхний противник неустанно колотил другого.
Форест снова закричал.
– Где она? – спрашивал незнакомый голос. – Где твоя сестра?
Ему нужна была она. Айрис потянулась за мечом.
Она вытащила клинок из ножен, и куртка упала. Дрожа, она шагнула вперед, думая о том, не вывихнет ли суставы, поднимая меч, и с запозданием вспоминая, что говорила о нем Энва.
«Он режет кости и плоть как нож – масло, если только сначала его владелец предложит клинку и рукояти отведать его собственной крови. Жертва, чтобы ослабить себя и ранить собственную руку прежде, чем нанести удар».
Поколебавшись, Айрис прикоснулась к лезвию меча и поморщилась, когда сталь ужалила ладонь и потекла горячая кровь. Удерживать рукоять обеими руками было больно, металл стал скользким. Айрис никогда не чувствовала себя такой неуклюжей, когда держала что-то в руках.
Но она снова шагнула вперед, и под ее ногой хрустнул осколок заварного чайника.
Злоумышленник перестал бить ее брата и повернулся. На его лицо упал свет.
Айрис узнала его. Один из людей Дакра. Вэл. Тот, кто приносил в «Вестник» статьи Романа. Тот, кто командовал эйтралами и летал на них.
– Положи меч, Айрис, – сказал он, поднимаясь, и протянул руку в перчатке. На костяшках пальцев блеснули металлические шипы. – Идем со мной, и я сохраню жизнь твоему брату.
Форест стонал на полу. Это отвлекло Айрис, она посмотрела на брата. Его лицо было в крови, нос – явно сломан.
Вэл бросился к ней, воспользовавшись тем, что она рассредоточила внимание.
Он собирался выбить меч из ее рук, не сомневаясь, что это будет легко. Но Айрис опустила руки так, что эфес упирался в талию, а острие было направлено вверх. Вэл шагнул прямо на нее, и сталь погрузилась в его грудь.
Он придушенно ахнул, в шоке уставившись на Айрис. На его лице мелькнуло запоздалое понимание, что за меч она держит.
Пока он падал, меч продолжал резать и зацепил две серебряные цепочки, которые висели у него на шее под одеждой – с флейтой и железным ключом. Цепочки порвались под действием зачарованной стали и с мелодичным звоном упали на пол, а клинок продолжал резать вверх, рассекая сердце, грудину и ребра.
«Я только что убила его».
Айрис всхлипнула, но не выпустила меч. Вэл рухнул на пол, и под ним начала растекаться лужа крови. Айрис уставилась на ключ и маленькую флейту – островки в растущем красном озере. Кожа начала зудеть, к горлу подступила тошнота, во рту стало горько.
«Я только что убила человека».
– Айрис.
Она выронила меч и перешагнула через Вэла к брату.
– Ты ранена? – прохрипел он.
– Нет, – сказала Айрис, хотя ладонь горела. – Но вот ты ранен.
Сосредоточившись на брате, она отвлеклась от собственной паники. Взяв с дивана одеяло, она осторожно вытерла лицо Фореста.
– Не так плохо, как выглядит, – ответил он. – Но кто это? Чего он от тебя хотел?
