– Думаешь, почему король Камбрии несколько столетий назад захотел, чтобы последние пять богов были погребены, но не убиты? Если бы он убил их всех, магия бы полностью исчезла из нашего мира. А он этого не хотел. Вместо этого он оставил богов спать зачарованным сном, чтобы их божественные силы продолжали сочиться сквозь почву. Таким образом мы могли пожинать плоды магии, будучи свободными от вмешательства жестоких богов.
Если это правда, то решение очень разумное, за исключением одной страшной неизбежности: то, что спит, однажды проснется, пылая жаждой мести.
Грузовик начал замедлять ход, и Роман почувствовал, что подходящий момент ускользает.
– А что происходит, если бога убивает другой бог? – спросил он, хотя в памяти всплыли слова Дакра, сказанные несколько недель назад:
«Мы рождаемся с присущей нам магией… Но это не мешает нам желать большего и находить способы этого добиться».
Грузовик со скрежетом остановился. Шейн снова напустил на себя холодное безразличие, но, вставая, сказал:
– Ты же писатель. Уверен, воображение тебе подскажет, корреспондент.
Идти до места упокоения Луза было недалеко. Могила находилась на поросшем травой пригорке, а вокруг не было ничего, кроме холмов, разрушенной средневековой башни и голубых гор на северном горизонте. На их небольшую группу налетел порыв ветра, и Роман поежился. Надвигалась гроза: в небе собирались низкие темные тучи, в воздухе пахло дождем.
Ветер бросил ему на глаза темные спутанные волосы. Роман остановился в сторонке, глядя, как Дакр беседует с капитаном Лэндисом. До него доносились обрывки их разговора. Роман смог понять, что, хотя карта была не совсем точной, Луз несомненно покоился под этим холмиком. Капитан все время держался за ключ, висевшй у него на шее, и до Романа дошло, что могилы сами по себе являются порталами.
Дакр кивнул капитану Лэндису. Тот присел на корточки и принялся очерчивать железным ключом широкий круг на земле. У Романа загудели кости, по коже пробежал электрический разряд. Он не мог объяснить, почему эти ощущения и простой на первый взгляд рисунок на земле казались знакомыми, но узнал потрескивание магии в воздухе.
Он шагнул назад, но замер, когда капитан замкнул нарисованный круг. Трава расступилась, земля отслоилась, как старая кожа, и в земле возникла дверь, похожая на дверь погреба, только покрытая замысловатой резьбой.
Капитан Лэндис попятился, а Дакр двинулся вперед.
Никто не шевелился, пока Дакр открывал дверь, которая казалась старинной и тяжелой. С глухим стуком она упала на землю, взметнув облако золотистой пыли.
Вниз, в могилу вели ступеньки. Дакр стоял как завороженный, словно бы забыл о двух капитанах, лейтенанте и корреспонденте, которые наблюдали за ним. Он спустился в темноту один. Начался дождь.
Роман переминался с ноги на ногу, сгорая от беспокойства. Посмотрел на лейтенанта, но Шейн уставился на вход в могилу со странным выражением на лице.
«Мы не готовы к пробуждению третьего бога, – подумал Роман, засунув в карманы дрожащие руки. – Зачем Дакр это делает?»
Но потом осознание пронзило его как стрела.
Дакр не собирался будить третьего бога. Он хотел убить Луза, пока тот спал.
Как только это открытие ошеломило Романа, Дакр вылез из-под земли. Он отсутствовал всего минуту, но сейчас был смертельно бледен. В его глазах блеснул отсвет молнии, когда он закрыл дверь так грубо, что та тоже громыхнула.
– Господин главнокомандующий, – проговорил капитан Лэндис. – Успешно?
– Закрой портал, – резко ответил Дакр.
Роман видел, как на лице бога проступила ярость, как он сжимал кулаки. Как проводил языком по кончикам зубов.
Капитан Лэндис торопливо начертил круг в обратном порядке. Земля сместилась, трава снова сомкнулась. Хотя дверь исчезла, начертанный на земле круг остался.
Дождь полил сильнее, и все пошли обратно к грузовику в напряженном молчании. Но в голове Романа отчаянно вертелись мысли. Он мог думать только о двух вариантах: либо Луз уже пробудился, либо его убил кто-то другой.
Возвращение в Оут не было таким триумфальным, каким представляла Айрис.
День был серым и пасмурным, из тех, когда хочется пить горячий черный чай и сидеть с толстой книгой у камина. Моросил мелкий дождь, и вскоре дороги на восток превратились в болота с радужными разводами от машинного масла. В итоге несколько грузовиков застряли в грязи. Солдат отправили идти пешком по обочине дороги, заросшей влажной теперь травой. В одном месте пришлось остановиться, чтобы пропустить отару овец.
На окраине города их встречал канцлер Верлис. Он встал с заднего сиденья родстера с зонтом в тонкой белой руке.
– Этот тот, кто я думаю? – прорычала Этти, когда Тобиас заглушил мотор.
Айрис только вздохнула, глядя, как Киган спрыгнула с грузовика впереди колонны и пошла к канцлеру. Хотя родстер Тобиаса отделяло от них всего несколько машин, они не слышали, что говорит канцлер. Недолго думая, Айрис вышла из автомобиля.
– Ты куда? – спросила Этти.
