— Помазанника Божьего убивать грех.
Взял Давид копье и чашу и ушел вместе с Авессой так же незаметно, как и пришел.
Поднялся Давид на вершину холма напротив шатра царя Саула и стал кричать:
— Ответь, Авенир!
— Кто ты такой, чтобы беспокоить царя? — прокричал ему военачальник.
— Что же ты царя не охраняешь? Пока ты спал, приходили к царю злоумышленники. Вот копье царя и чаша, что были у изголовья его постели, — ответствовал Давид. — Пошлите отрока ко мне, я возвращаю царю его вещи.
Узнал царь Саул голос Давида и удивился:
— Ты ли это, Давид?
— Я. Зачем гоняешься за мной по горам, как за куропаткой? Что я сделал тебе плохого?
— Виноват я перед тобой, — ответил царь Саул. — Неумно я поступил. Благословен ты, сын мой Давид: и дело сделаешь, и превозмочь превозможешь.
И пошел Давид своей дорогой, а царь Саул вернулся домой.
«Если я не уйду отсюда, поймает меня царь Саул, — подумал Давид. — Надо мне уйти к филистимлянам».
Ушел Давид к Анхусу, царю гефскому, прожил в Гефе больше года, и царь Саул его не искал.
— Если я приобрел благоволение в глазах твоих, — сказал Давид царю Анхусу, — дай мне какой-нибудь малый город, и я в нем поселюсь.
Дал царь Анхус Давиду городок Секелаг, и оттуда ходил Давид на амаликитян и опустошал их города. В живых не оставлял ни мужчин, ни женщин, чтобы не было слухов о его жестокости.
И думал царь Анхус, что Давид навек стал его слугой.
Собрали филистимляне войско для войны с царем Саулом.
— Пойдешь со мной, — сказал Анхус Давиду.
Как увидел царь Саул филистимлян, дрогнуло его сердце. Обратился он к Богу, но Бог не отвечал ему.
— Сыщите мне волшебницу, — повелел царь Саул слугам.
А сыскать волшебницу было не просто, потому что царь Саул изгнал всех волшебников и гадателей из страны. Нашли все-таки гадалку в Аэндоре.
Переоделся царь Саул и пришел к этой женщине ночью.
— Прошу тебя, — говорит, — вызови душу того, о ком я скажу.
— Ты же знаешь, что царь наш, Саул, изгнал всех волшебников из страны, — возразила женщина. — Зачем расставляешь передо мной сети? Хочешь меня погубить?
— Клянусь, не будет тебе за это беды, — обещал царь Саул.
— Кого тебе вызвать?
И ответил царь Саул:
— Самуила.
Вызвала женщина пророка Самуила и вскрикнула:
— Зачем ты обманул меня? Ты — царь Саул.
— Не бойся! — ответствовал царь Саул. — Говори, что видишь.
— Вижу как бы бога, выходящего из земли.
— И какой он видом?
— Престарелый, в длинную одежду одет.
Тут узнал царь Саул пророка Самуила и пал перед ним на землю.
— Зачем ты потревожил меня? — спросил пророк Самуил.
— Тяжело мне очень. Филистимляне воюют против меня, а Бог не отвечает мне ни через пророков, ни во сне. Научи, что делать.
— Что же я могу тебе сказать, если сам Бог от тебя отступился? Бог сделает то, что говорил через меня: возьмет у тебя царство и отдаст Давиду. Завтра ты и сыны твои будете здесь со мною, а стан израильский попадет в руки филистимлян.
Испугался царь Саул, и силы его покинули.
Подбежала к нему гадалка.
— Я тебя послушала, а теперь послушай меня ты, — сказала она. — Поешь, а потом отправишься в путь.
Царь Саул отказывался, но она его накормила.
Потом поднялся царь Саул и еще до скончания ночи уехал из Аэндора.
А тем временем князья филистимские пришли к царю Анхусу и сказали:
— Почему в нашем стане Давид?
— Он при мне уже больше года и не сделал ничего худого, — ответил царь Анхус.
— Нет, — возразили князья. — Он может нас всех предать. Отправь его домой.
И пришлось Давиду поутру уйти домой со своим войском.
Пришел он в Секелаг, увидел, что город сожжен амаликитянами, а женщины уведены в плен. Возмутились воины Давида и хотели побить его каменьями, потом решили преследовать амаликитян.
Напал Давид на полчища царя Амалика и бил их от сумерек до вечера другого дня, и никто из врагов не спасся, кроме четырехсот юношей, которые сели на верблюдов и ускакали. Все жены и дочери были спасены.
Побежали мужи израильские от филистимлян, пали, пораженные, на горе Гелвуе.
Догнали филистимляне сыновей царя Саула — Ионафана, Аминадава и Малхисуа — и убили.
Вокруг царя Саула была жестокая битва, его всего изранили стрелами. И сказал царь Саул оруженосцу:
— Заколи меня мечом, чтобы я врагам не достался.
Но не сделал этого оруженосец. Тогда царь Саул сам упал на меч.
И оруженосец его сделал то же.
Вернулся Давид в Секелаг, и ведут на третий день к нему человека — весь изодранный, на голове — прах. Низко поклонился тот человек Давиду.
— Откуда ты? — спросил Давид.
— Я из стана израильского.
— Что там случилось?
— Народ побежал, много убитых, царь Саул и его сын Ионафан умерли.
— Откуда это тебе известно?
— Я случайно оказался на горе Гелвуе. Вижу — лежит царь Саул. Пал на меч, но не умер, а колесницы и всадники врага уже близко. Окликнул меня царь Саул и велел убить его. «Тоска смертная гложет душу, — сказал. — Пусть душа покинет меня!» Убил я его, снял венец с головы и запястье с руки и принес их тебе. Вот.
