Когда стена была уже наполовину готова, местные жители сговорились пойти войной на Иерусалим и разрушить его. Тогда пришлось иудеям разделиться: одни строили, а другие охраняли строящих. Во все дни строительства даже ночью никто не снимал с себя одеяния своего, у каждого под рукой был меч и вода.
И построена была стена в пятьдесят два дня.
Жил-был непорочный и справедливый человек по имени Иов. Было у него семеро сыновей и три дочери. Имел он многочисленные стада и считался знаменитее всех сынов Востока.
— Заметил ли ты раба моего Иова? — спросил Бог у Сатаны. — Не найти второго такого богобоязненного, непорочного и справедливого человека.
— Ты оградил дом Иова и его имущество, — возразил Сатана. — Но благословит ли он тебя, если все у него отнять?
И сказал Бог Сатане:
— Сделай с ним что хочешь, но его самого не тронь.
Вот приходит к Иову вестник и говорит:
— Волы пахали, ослицы паслись невдалеке, и вдруг напали враги и взяли их. Отроков всех перебили, только я один спасся.
Он еще не договорил, как приходит другой вестник:
— Молния убила овец и всех пастухов. Спасся только я, чтобы возвестить тебе это.
Еще не утихли эти слова, как явился третий вестник:
— Халдеи взяли всех верблюдов, а воинов наших поразили мечом. Только я спасся.
Не успел он докончить, как четвертый вестник явился:
— Сыновья и дочери твои пировали в доме своего старшего брата. Вдруг из пустыни примчался вихрь, охватил все четыре угла, дом рухнул, все погибли, только я спасся.
Разодрал Иов одежду свою, остриг голову, пал на землю и поклонился:
— Наг я вышел из чрева матери своей, наг и сойду в могилу. Бог дал, Бог и взял. Да будет имя Божье благословенно!
И сказал Бог Сатане:
— Видишь, и сейчас Иов тверд в своей непорочности.
— Благословит ли он тебя, если тронуть кожу и кости его? — возразил Сатана.
— Бери его в свои руки, только душу не трогай, — сказал Господь.
И поразил Сатана Иова проказой от подошвы ноги по самое темя. Взял Иов черепок, чтобы скоблить себя, и сел в пепел. Сказала ему жена:
— Ты все еще тверд в непорочности своей? Побрани Бога и умри.
— Речи твои безумны, — ответил Иов. — Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а плохое — нет?
Но велики были страдания Иова, и он проклинал день своего рождения. Пришли к Иову его друзья, чтобы сетовать вместе с ним и утешать его, и сказали ему:
— Порочен ты, Иов, и за это наказывает тебя Бог.
— Укажите мне, в чем я порочен?
Не было на Иове никакого греха, никто не мог ему сказать, за что разгневался Бог.
И вот спросил Иов Бога:
— За что ты наказываешь меня? Пусть буду я проклят, если я виновен перед тобой.
Началась гроза, и Бог обратился к Иову:
— Можешь ли ты быть вровень мне, чтобы судить? Где был ты, когда я полагал основание земли? Давал ли ты когда в жизни приказание утру и указывал ли заре место появления ее? Нисходил ли ты в глубину моря и входил ли в исследование бездны?
— Знаю, что ты все можешь, — отвечал Иов, — и что намерение твое неостановимо. Поэтому я раскаиваюсь за дерзость свою в прахе и пепле.
И дал Бог Иову вдвое больше того, что он имел прежде. Снова имел он семерых сыновей и трех дочерей.
И жил Иов после того сто сорок лет и видел сыновей своих и сыновей сыновних до четвертого рода.
Ассирийский царь пошел войной на царя мидийского, который засел в городе Экбатаны за высокими стенами. Стал царь Ассирии просить помощи у своих соседей — персов, иудеев, и даже до Египта доходили его послы, но каждый считал его ровней и безбоязненно отправлял царских послов без подарка.
Очень разгневался ассирийский царь и дал клятву безжалостно отомстить соседям. А поскольку мидийцев он все-таки победил, почуял он в сердце чрезмерную гордость. Решил он стать богом всего мира и сказал полководцу своему Олоферну:
— Собери большое войско и отправляйся в поход. Пусть все западные страны тебе покорятся, а не то всю их землю покроют стопы моего войска и все живое я ограблю и предам смерти.
Собрал Олоферн войско, и города один за другим не выдерживали напора — Олоферн грабил, жег, убивал, так что многие селения в стране посылали сказать: «Мы рабы твои и делай с нами, что хочешь».
Ассирийцы сметали все местные божества, вырубали священные рощи, чтобы на всех языках звучало одно только имя — имя ассирийского государя.
Бросились сыны израильские укреплять стены своих городов, готовили запасы к осаде, делали засады на вершинах гор и в долинах, взывали к Богу, чтобы не выдал врагу их жен и детей.
Сильно разгневался Олоферн, когда узнал, что готовятся они к бою. Созвал князей ближайших земель и спросил:
— Расскажите о тех, кто не хочет мне подчиниться. В чем их сила? Почему они непокорны?
И сказал ему Ахиор, предводитель аммонитян:
— Их Бог для них самая большая охрана. Он вывел их из Египта, по дну моря провел так же просто, как по земле, и давно известно: как только отходят они от Бога, сразу же попадают в неволю. Сейчас тебе, господин мой, необходимо узнать: согрешили они перед своим Богом или нет. Если есть на них грех, они падут, если нет, то мы только людей насмешим.
