— Один Бог есть на свете — царь ассирийский, — сказал Олоферн и приказал связать Ахиора и бросить врагам.
— Если ты прав, то останешься жив, а нет — погибнуть тебе вместе с ними!
Так и сделали с Ахиором: связали и бросили к подножью горы.
Взяли его сыны израильские, развязали веревки и отвели в ближайший город Ветилуй. Весь город сошелся послушать его рассказ. И все хвалили аммонитянина.
На другой день воины Олоферна окружили город, и князья покоренных племен посоветовали Олоферну не воевать понапрасну, но перекрыть единственный водный источник.
— Жажда выгонит их из города. Они сами тебе сдадутся, наш повелитель! — сказали князья.
Так и сделал Олоферн.
Осада длилась тридцать четыре дня. В городе не было уже ни капли воды, люди не могли ходить и падали на перекрестках.
— Почему мы не сдались ассирийцам?! — кричали жители города. — Легче погибнуть от их руки, чем от жажды.
— Подождите еще пять дней. Если за это время Бог нам не поможет, будь по-вашему, откроем ворота ассирийцам, — предложил старейшина, и все согласились.
Весть об этом решении дошла до вдовы по имени Юдифь. Была она всеми уважаемая красавица, никто никогда не молвил о ней худого слова. Несколько лет назад муж ее скончался от солнечного удара, когда следил за уборкой снопов. Муж оставил Юдифи большое богатство, но она скромно проживала в светлице вместе со служанкой и не снимала с себя убора вдовы.
Пригласила Юдифь старейшин к себе и сказала:
— Зачем вы искушаете Бога установлением сроков? Может быть, он поможет нам раньше, чем через пять дней.
— Ты права, — согласились старейшины.
— Я освобожу вас от врага, — сказала Юдифь. — Сегодня ночью выпустите из города меня и мою служанку. Не спрашивайте, что я собираюсь делать. Все узнаете после.
— Иди, если хочешь. Пусть Бог тебе поможет, — решили старейшины.
Сняла Юдифь одежды вдовы, омылась последней водой, которая была в доме, намазалась душистыми мазями, расчесала волосы и украсила голову, надела самое красивое платье, в котором нравилась покойному мужу, обулась в лучшую обувь, убрала себя драгоценными камнями и стала так прекрасна, как только может быть прекрасна женщина в лучшую свою пору.
Служанке она дала вина, немного масла, муки и хлеба.
Выпустили Юдифь из города, пришла она к ассирийцам и сказала:
— Я знаю, что город мой скоро падет, и хочу показать князю вашему Олоферну путь, на котором он без потерь возьмет все города.
Ассирийцы глаз с нее не сводили. Никогда еще не видели они женщину такой красоты.
— Твое решение спасло тебе жизнь, — сказали они и отвели Юдифь к Олоферну.
Олоферн лежал за пурпурной завесой, прошитой золотом и украшенной дорогими камнями.
Встал Олоферн, когда ввели Юдифь, и она пала перед ним на землю.
— Поднимись, женщина, и не бойся. Скажи, почему ты пришла ко мне? — спросил Олоферн.
— Сегодня мой город наказан за большие грехи. Он скоро падет, и я послана Богом сказать тебе это. Позволь мне остаться у тебя, а ночами ходить в долину молиться, чтобы Бог мне сказал, когда он отдаст тебе город.
— Хорошо сделал твой Бог, коли послал тебя ко мне, — обрадовался Олоферн.
И тут же приказал поселить Юдифь в шатре, в котором хранилось серебро, и кормить ее со своего стола.
— Я буду есть только то, что принесла с собой моя служанка, — отвечала Юдифь.
— А что ты будешь делать, когда твой запас кончится? — возразил Олоферн.
— Не успею я съесть и того, что имею, как Бог сделает свое дело, — усмехнулась Юдифь и пошла в свой шатер.
Юдифь немного поспала, еще до зари отправилась в долину, умылась там у колодца, помолилась, а потом вернулась в шатер, и никто ее не останавливал, ибо так повелел Олоферн.
Три дня ходила она так в долину.
На четвертый день Олоферн созвал пир и пригласил на него Юдифь.
— Не смею отказать моему господину, — отвечала Юдифь. — Это очень высокая честь для меня.
Пришла и села у ног Олоферна. У него даже сердце сжалось от восхищения ее красотой.
— Пей и веселись вместе с нами, — сказал Олоферн.
Пила она вместе с ними, но ела лишь то, что давала ей служанка.
Долго длился тот пир, очень весел был Олоферн и пьянел от веселья и от вина. Наконец упал он на свое ложе и крепко уснул. Все гости разошлись, и Юдифь осталась с Олоферном одна.
Осторожно, чтобы не нашуметь, взяла она меч, который висел у изголовья ложа военачальника, взмолилась про себя и двумя ударами отрубила Олоферну голову. Потом столкнула тело с ложа, сняла пурпурную завесу, вышла наружу и позвала служанку свою.
В мешок, в котором прежде была еда, положила Юдифь голову Олоферна и туда же сунула завесу.
Как обычно, вышли они из лагеря, и никто их не остановил.
Когда вернулись они в свой город, началось великое торжество. Прибежал Ахиор и едва не упал в обморок, увидев голову Олоферна. Ободрились мужи израильские, повесили на городскую стену голову Олоферна и взялись за оружие.
— Сегодня же нападем на ассирийцев, — решили старейшины.
С первыми лучами солнца распахнулись ворота, и сыны израильские ринулись в бой.
