— Зачем вы это сделали? — произнесла та, стараясь не застонать.
— А что такого? Я же видела, ты хочешь сходить с ним на свидание, просто стесняешься.
— Это не свидание! Он позвал меня в паб, потому что ему скучно, а все его друзья в Лондоне.
— Да не переживай ты так. Даже если это правда, когда ты в последний раз выбиралась в люди?
Джун сделала вид, что занята проверкой книг.
— Линда, вот эта на целый месяц просрочена. — Она взяла в руки «Магическую уборку» Мари Кондо. — Нельзя задерживать так надолго. Марджори разозлится, если узнает, что я списываю ваши штрафы.
— Да забудь ты об этой старой швабре. Книжка, кстати, очень хорошая, почитай на досуге.
Джун рассмеялась.
— Знаю, у меня много недостатков, но я вовсе не неряха.
— На самом деле книга не столько об уборке, сколько о том, что расхламление может изменить твою жизнь. Сейчас найду… — Линда принялась искать нужное место. Джун закрыла глаза, стараясь не смотреть, как грубо та обращается со страницами. — Вот послушай. Мария говорит: «Когда ваша комната чиста и не захламлена, у вас не остается иного выбора, кроме как изучить свое внутреннее состояние. Вы обретаете способность увидеть проблемы, которых избегали, и вынуждены разбираться с ними».
Джун поняла, куда Линда клонит.
— Очень интересно.
— Я все думала о нашем разговоре. Честное слово, если ты немножко приберешься и освежишь дом, это пойдет тебе только на пользу. Если хочешь, могу помочь. Кое-что из вещей продадим на ближайшей гаражной распродаже.
— Мне очень нравится мой дом. — Джун выхватила книгу у Линды из рук и положила в тележку для возвратов.
— Не сомневаюсь, солнышко. — Несказанные слова повисли в воздухе. — Ну хорошо, вернемся к вовсе-не-свиданию с Алексом Ченом. Что наденешь?
Без десяти семь Джун вышла из дома и направилась к закусочной «У мистера Конга», стараясь не обращать внимания на холодный камень в животе. О чем они с Алексом будут говорить, когда исчерпают тему книг и операции Джорджа? У них же нет ничего общего: он поступил в университет и теперь работает юристом в столице, она — помощник библиотекаря, ни разу не выезжавшая за пределы деревни. Может, пропустив стаканчик, удастся сослаться на головную боль и поскорее ретироваться?
У дверей закусочной уже стоял Алекс в дырявых джинсах и футболке.
— О, привет! — воскликнул он. — В пять минут восьмого придет автобус. Если поторопимся, успеем.
На остановке Алекс проинформировал Джун о состоянии здоровья отца.
— Вообще-то ему полагается лежать в постели, но сегодня утром он уже пытался заниматься йогой.
Подошел тридцать шестой автобус. В конце салона оказались свободные места. Устроившись на сиденье, Джун увидела Веру, как всегда, чем-то недовольную. Девушка отвела взгляд и сделала вид, будто ее не заметила.
— Я принес тебе еще одну книгу. — Алекс выудил из сумки потрепанный «Цвет волшебства» Терри Пратчетта. — Я влюбился в Плоский мир, когда мне было лет десять. Читала что-нибудь из этой серии?
— Нет, как-то не довелось.
— Тебе должно понравиться. Действие происходит на диске, покоящемся на спинах четырех слонов, которые, в свою очередь, стоят на панцире гигантской черепахи. А еще там есть библиотекарь-орангутанг, и…
Джун рассеянно слушала, краем глаза наблюдая за Верой. Та смотрела на Алекса, недовольно поджав губы. Чем ей Алекс-то не угодил?
— А самый мой любимый персонаж — Смерть. Просто отпад.
Автобус остановился. Вера тяжело поднялась с сиденья, что-то бормоча себе под нос. Только после того как она вышла, Алекс заговорил:
— Бедная миссис Кокс.
— Ты знаком с Верой? — удивилась Джун.
— Когда я был маленьким, мы жили по соседству.
Джун оглянулась, опасаясь, как бы кто не услышал, и прошептала:
— Она — сущий кошмар.
— Не говори так, — нахмурился Алекс.
— Она постоянно изводит меня жалобами и к тому же расистка.
— Возможно, ты — единственная, с кем она вообще разговаривает.
— Ну и что?
— Вере пришлось очень нелегко, Джун.
— В каком смысле?
— Мои родители работали в закусочной допоздна, — произнес Алекс, понизив голос, — поэтому в детстве я уйму времени проводил у Веры. Когда я возвращался из школы, она заваривала мне чай и разрешала приводить друзей поиграть.
— Вера? Она же терпеть не может детей, вечно жалуется, что они шумят.
— Так было не всегда. Я не знаю всей истории, но Вера и ее муж Фред очень хотели завести ребенка, но по какой-то причине не могли. Поэтому они вроде как сделали меня своим приемным внуком. Вера часами играла со мной в футбол на заднем дворе и пекла торты на дни рождения всем местным детям. Она потрясающе печет, знаешь ли.
— Ничего себе! И что же случилось?
— Когда мне было десять или одиннадцать, Фред ушел от Веры, — еле слышно прошептал Алекс. — Все произошло внезапно. В один день он стриг лужайку и обсуждал, выиграет ли «Манчестер Юнайтед» Лигу чемпионов, а на следующий исчез. Вера была безутешна; я слышал, как она плакала у мамы в комнате. А потом Фред прислал ей письмо: написал адрес, куда пересылать почту, и сообщил, что теперь живет с любовницей и ее детьми.
