Бросаю гальку в воду и посматриваю на часы. Эти месяцы мы не только домом и садом занимались. Таня сегодня сдает экзамен на адвоката, Алиса делает успехи в учёбе и снова играет на скрипке, а я… я забросил все дела, и максимум, на что теперь способен – быть отцом и мужем. С браком, правда, всё неофициально, и не уверен, что узаконим эти отношения. Всегда считал полной чушью фразу «счастье любит тишину». И Сочи терпеть не мог. Но вот пожалуйста, живу в прибрежном городке неподалеку от аэропорта, прячу свою личную жизнь ото всех и практически забросил адвокатуру. Поначалу аж ломало, как хотелось обратно в Москву. Сейчас же… сосредоточен на том, чтобы вырастить талантливую скрипачку и дать старт успешному адвокату по семейному праву. Гражданские дела у Тани идут со скрипом, зато отстоять какую-то бедняжку в браке или восстановить справедливость… это да. У нас бы была клевая команда, останься мы в столице. Сколар – по уголовке, Таня – семейник, и я – по гражданке.
Мечты, мечты…
А приступы хоть и стали реже, но все такие же сильные. Даже несмотря на размеренный и спокойный темп жизни, болезнь нет-нет да дает о себе знать и порой в самый неподходящий момент. И восстановление затягивается уже не на дни, а на недели.
Телефон вибрирует в кармане, на экране – незнакомый номер. Не отвечаю. Больше по привычке. И даже не придаю значения. Хотя звонят мне по работе уже всё реже и реже. Это и понятно: стоит сойти хоть ненадолго с дистанции – и о тебе тут же все забывают.
Часы показывают начало двенадцатого, а от Тани – ни звонка, ни сообщения. Сдала она? Нет? По идее бы уже должна. Выдвигаюсь в сторону дома. Скоро Алису забирать. И если Таня к этому времени не вернется, то поедем с ней в адвокатскую палату вместе. Но ехать никуда не приходится. Мы как раз подходим к дому, когда Таня возвращается на такси. Выпархивает из машины радостная, явно на волне эйфории.
– Ну? – задерживаю взгляд, когда она перед нами останавливается.
– Шестьдесят пять правильных ответов и устный просто от зубов отскакивал! Сдала! Ура! – бросается ко мне и обвивает шею руками.
– Я и не сомневался, – целую её в губы.
Телефон в кармане разрывается новой трелью. Но нам сейчас не до того. Заходим в дом. Таня рассказывает об экзамене, эмоции из нее хлещут через край – давно не видел столько радости на её лице. Алиса подхватывает эту волну – и вместе они мой личный передоз позитива.
– Ещё чуть-чуть, и я буду испытывать ущербность на вашем фоне, – шучу я. – Одна станет известным адвокатом, другая – скрипачкой. А я… я буду выращивать сад. Садовник в вашу компанию как? Вписывается?
Таня смеётся, усаживается мне на колени и обнимает меня.
– Красивый сад – это хорошо. И я не про тот что за забором. А про твой личный, – показывает на себя и на Алису. – Это же всё благодаря тебе. Я бы в жизни не отдала её на скрипку, а учебники и экзамен – да, я бы всё выучила сама. Но прохожу практику под твоим началом и началом Сколара. Пусть не по стандартному сценарию и не хожу каждый день в офис и в судах тоже бываю редко, но знаний во мне немеренно! – чмокает меня в губы. – Ты мне даёшь бесценный опыт. И не только в рабочей сфере, – шепчет уже на ухо.
Телефон в это время опять подаёт признаки жизни. Таня его выхватывает, смотрит на незнакомый номер и сбрасывает.
– Всё. Сегодня никаких забот, никаких дел и ничего. Только мы и наш праздничный ужин. Я сейчас всё организую! – вскакивает, порхает по кухне.
Наблюдаю за ней с улыбкой. Да и в целом – внутри наконец умиротворение и штиль. Тот самый, о котором я столько времени мечтал.
Наутро созваниваюсь со Сколаром, рассказываю об успешной сдаче Таниного экзамена, предлагаю приехать к нам в гости на недельку. Он, как всегда, отнекивается. А в конце говорит, что ему звонила Эва. И рассказывает то, что выбивает почву из-под ног. За всеми этими событиями и побегом от реальности я выпал из другой своей жизни, погрузился в Таню, в Алису. Почти не общался с сестрой. Даже знать не знал, что она, оказывается, в действительности хоть и родила ребёнка от Савчука и это его дочь, но какк оказалось – не дочь моей сестры. Голова идёт кругом от обилия информации, от того, что Тарасу грозит тюрьма – также стараниями моей сестры.
Завершаю разговор и сижу, смотрю отупевшим взглядом перед собой, ни хуя толком не понимая и в то же время осознавая, какой произошел пиздец… Кажется, стены шатаются перед глазами. Ещё и день выдался пасмурным, голова просто раскалывается.
