– Вряд ли без повода, – безапелляционно заявила Алена. – Артист, красавец, девки прохода не дают, как удержаться? Небось гуляет от жены направо и налево.
– Да нет, это не про Сашку, – возразил Иван. – Он домашний, семья для него – святое. Сынишку обожает, Димку, ему годик всего. И бабушка у него из старых москвичек, в церковь Елоховскую ходит, на Бауманке. А вообще… Галка со своей паранойей дождется, что Сашка на самом деле ей изменять начнет. Сколько можно напраслину терпеть?
Они притянулись друг к другу, как заблудившиеся в ледяной пустыне. Как утопающие, хватающиеся за соломинку. Как два одиночества, неприкаянно бродившие по Москве. Каждому из них отчаянно не хватало тепла. Им нравились одни и те же книги, одна и та же музыка. И оба чувствовали себя как рыбы в воде в бешеном ритме огромного мегаполиса.
Долгие часы разговоров и объятий в чужих подъездах. Спонтанные встречи, когда каждый знал, куда надо идти, чтобы встретить другого. Безумие никому не нужного и им самим не понятного романа, не имевшего никаких перспектив, но ни в какую не желавшего заканчиваться.
А то, что интеллигентно называется интимной близостью? Ну да, как же. Торопливые соития в неподходящих местах, отравленные ощущением, что кто-то вот-вот застукает. Это не близость, а просто способ напомнить самим себе, что они вместе, что они принадлежат друг другу.
– Куда тебя несет? – отчитывала Аню Алена. – Ты Сашке совсем не пара, опомнись. У вас нет будущего.
Аня и сама это знала. Но была не в силах вот так взять и отказаться от Саши. Это значило вырвать кусок из души.
Рок-группа Александра Углова играла на вечерах в родном НИИ. Иногда ее приглашали выступать в вузах, на предприятиях, в маленьких домах культуры в составе сборных концертов к очередному празднику. После концерта ребята оставались играть на танцах. Алена с Иваном, Аня и еще несколько друзей и подружек были группой поддержки молодых музыкантов. На одном из таких мероприятий Ане показали Галю, жену Саши.
Миниатюрная брюнетка, не достававшая Саше до плеча. Сероглазая, с прямыми и коротко стриженными волосами. Симпатичная, если бы не выражение лица. Она подозрительно и с нескрываемой злобой разглядывала каждую девушку в зале, а в перерывах между танцами что-то сердито выговаривала мужу. Галя, конечно, была не в курсе взаимоотношений Саши и Ани. Но у Ани больно кольнуло в сердце. Разлука неизбежна, это только вопрос времени.
В стромынском коридоре Аню остановил Глеб.
– Послушай, Анечка, я давно хотел с тобой поговорить.
– Проехали, Глеб! – только и смогла сказать она парню, в которого была без памяти влюблена на первом курсе.
– Хотя бы объясни мне, по какой причине ты вдруг стала меня игнорировать.
– Тебе это так важно? Ладно, объясню. Когда я была в стройотряде, ты не ответил мне на открытку с поздравлением на день рождения. И вообще ни одного письма не прислал. Мне было обидно.
– Какую открытку? Я не получал никакой открытки. И как я мог тебе писать, если адреса твоего не знал? Ведь можно было все выяснить, а не обрубать резко. Это же просто недоразумение. А потом это твое скоропалительное замужество. Будто назло мне. Я сам виноват, не надо было тебя отпускать…
– Проехали, Глеб. Ты не виноват. Просто тогда я была глупая, ничего в жизни не понимала и обо всем судила слишком категорично. Давай не будем ворошить старое.
Вскоре Глеб женился на девушке, приехавшей на курсы повышения квалификации из Ташкента. Она была его ровесницей и преподавала английский язык в тамошнем университете. После окончания вуза Глеб уехал с женой в Ташкент.
Добрые люди доложили Павлу, что у Ани появился другой. И он, до этого демонстративно не замечавший Аню, тут же прибежал на Стромынку. Вернись, я все прощу, без тебя никак. Мы же еще официально не разведены. Если не вернешься, брошу институт, завербуюсь на Крайний Север, пропаду там в снегах, замерзну, как ямщик из песни, и это будет на твоей совести. Шантаж неприкрытый, но мало ли… Аня испугалась.
Девушки тактично удалились, кто в читальный зал, кто в булочную. Они были одни в комнате номер 410. Аня стояла у окна, Саша присел на краешек Аниной кровати.
– Саша, нам надо расстаться, – слова давались Ане с трудом. – Давай все же попытаемся сохранить наши семьи. Галя тебя любит, я видела…
– В одну воду дважды не войдешь, Аня. Подумай, нужна ли тебе эта попытка. Я не о себе беспокоюсь. Если тебе не хочется со мной встречаться, так и скажи. Я пойму. Прошу, не пытайся оживить то, что умерло. Толку не будет, поверь. Я, наверное, все же решусь на развод с Галей. Скандалы достали. Меня останавливают лишь ее угрозы, что не даст мне видеться с Димкой. Но это я от нее уже сто раз слышал и думаю, что можно будет найти какой-то выход…
– Я все решила, Саша. Прости.
