Оставшись одна, Кира закричала. Закричала, как тогда. Много лет назад на пустынном речном берегу без признаков жизни. Неподвижное от зноя небо, выгоревшая рыжая трава и один-единственный куст, укрывший их с Игорем. Он раздвигал густую и тягучую духоту, срывая одежду с любимой женщины. Исступленно гладил худое тело, осыпал поцелуями упругую грудь и медленно опускался на колени. Прижался к ней так крепко, как будто она могла исчезнуть. С трудом оторвался и медленно потянул за собой Киру, которая не отрывала от него огромных зеленых глаз, потемневших от страсти. Она медленно легла на спину, дрожа от нетерпения. Игорь коснулся треугольника курчавых волос между стройных ног, дотронулся до влажного женского лона и на мгновение застыл. Застыл перед тем, как слиться с ней. Задвигался, проникая в обволакивающую глубину. В такт толчкам раскачивалось небо, сдвигались облака, и отчаянно мелькала в знойном воздухе стрекоза, испуганная их стонами. Острая волна безумного наслаждения охватила Киру: она истекала благодарностью доверчиво раскрывшейся плоти, жадной и похотливой, страстной и бесстыдной, приняла мощную струю спермы любимого мужчины. Он судорожно задергался и захрипел: «Я умер». Кира закричала. Громко и со стоном выгнулась. И вдруг почувствовала чужой взгляд. Кто-то смотрел на них. Кира приподняла голову и засмеялась. Ящерица. Любопытная и нахальная, расположилась почти рядом с ними и не двигалась: наблюдала за ними сквозь неподвижные веки, слегка подрагивая туловищем, которое казалось под зеленым кустом почти изумрудным. Игорь проследил за взглядом Киры и тоже засмеялся:
– Подглядывает. Не отдам тебя никому.
– Завидует. Не отпущу.
Дослушав, ящерица наклонила голову, как будто благословила их, и поползла к своему убежищу по рыжей траве. Они смотрели в небо с неподвижными облаками и слушали тихий шум реки, ставшей свидетельницей их безмерного счастья.
Кира завидовала сама себе. Смотрела на любимого мужчину с восхищением и не верила, что он любит по-настоящему, что появилась светлая полоса в несуразной жизни матери-одиночки, брошенной отцом будущего ребенка.
– Ты что! Я жить хочу, а не с памперсами возиться, – возмутился он.
– Живи! – согласилась Кира, перешла на заочное отделение и уехала домой. Мать, когда узнала о беременности дочери, только вздохнула: «Твоя жизнь, не оглядывайся на чужое мнение. Справимся».
Отец с жалостью посмотрел на дочь, измученную токсикозом, и сказал твердым голосом: «Не раскисай. Теперь ты одна за двоих!» И Кира не раскисала. Сидела за столом, заваленным книгами, и училась. Мать смеялась над ней:
«В роддом книги не забудь взять, помогут тебе».
С рождением малышки, которую назвали Машенькой в честь бабушки, в доме все изменились: ходили на цыпочках, заглядывали в кроватку, где посапывало маленькое чудо, и улыбались. Родители помолодели, ожили, как будто скинули с плеч лет по двадцать, и выражение радости стало постоянным на их лицах.
Кира тоже изменилась. Зеленые глаза потемнели, от них веяло настороженностью и холодом. И сердце. Кира не чувствовала его. Оно не откликалось ни на какие чувства, стучало ровно и без перебоев, почти бесшумно, не мешало думать и принимать нужные решения.
Три оставшихся курса обучения в университете Кира прошла без труда. Ей нравилось учиться, искать ответы самостоятельно в книгах, в интернете, в газетах и журналах. Как-то, пытаясь подготовиться к экзамену по экономике и маркетингу в СМИ, наткнулась на сайт для заочников. «Мы поможем сдать на „отлично“ и без пересдач». Перечень услуг с ценами был длинным. «Золотое дно!» – воскликнула Кира и позвонила по указанному номеру. Любезный голос девушки, ответившей ей, стал холодным, когда Кира сказала, что хочет работать.
– Что у вас в активе?
– Средняя школа с золотой медалью, три курса факультета журналистики и… тысячи прочитанных книг.
Киру взяли на работу. Нежданно-негаданно. В деревенском доме у родителей и с маленькой дочерью выполняла контрольные работы для ленивых студентов-заочников и получала половину суммы, которая была обозначена на сайте. Она радовалась, что сможет помогать родителям, которые жили на пенсию. Но вскоре в жизни Киры произошли изменения.
Она получила диплом о высшем образовании и приглашение на работу в областной престижной газете, от которого не смогла отказаться. Родители согласились с ней, но уговаривали Киру оставить Машеньку с ними:
– До школы пусть поживет здесь, а там уже переберется к тебе в город.
– Что бы я без вас делала, – заплакала впервые Кира.
Все получилось так, как предсказывала мать. В первый класс Машенька пошла в школу, которая находилась рядом с домом, где Кира снимала маленькую квартиру на первом этаже. Жизнь налаживалась. На работе к новой сотруднице относились хорошо: она вела себя одинаково ровно со всеми, не кокетничала с мужчинами, не увиливала от работы. Когда главный редактор, мужчина в годах, попытался заигрывать с ней, она холодно посмотрела на него и отвернулась. Он обозвал ее зеленоглазой ведьмой и отказался от дальнейших попыток.
