В 1-й роте немецкого 29-го танкового полка оставалось боеспособными четыре танка. Они вели бой, поддерживая свою пехоту, и являлись одним из главных противотанковых средств. Для усиления этой группы к ней из Любани отправили один танк 38(t) чешского производства и один легкий танк PzKpfw. II, а также три средних танка PzKpfw. III из 2-й роты полка 12-й танковой дивизии.
Теперь штабу Ленинградского фронта и лично его командующему М. С. Хозину было что доложить в Москву. По итогам дня в Генштаб ушло следующее донесение:
К концу дня немцы вновь потеряли еще около 300 метров железнодорожного полотна. Были подбиты еще два штурмовых орудия. Приданные 96-й пд батальоны 412-го пехотного полка из 227-й дивизии начали отход со своих позиций.
Часть немцев попала в окружение и выбралась к своим только ночью. Надежда, что удастся вернуть утраченные позиции, все еще не оставляла немецкое командование. На следующее утро была назначена контратака двумя усиленными батальонами.
122-я танковая бригада, чьи танки были теперь полностью сконцентрированы на участке 281-й сд, опять не добилась успеха и продолжала вести бой с противником. Потери за день составили два Т-34 подбитыми. На утро 13 марта в бригаде остались пригодными к бою один КВ, один Т-34, один БТ-7 и одна самоходная пушка. В течение 13 марта бригада продолжала вести огневой бой.
12 марта часть ударной группировки 54-й армии перешла к обороне. В это время между М. С. Хозиным и А. А. Ждановым началась переписка о том, какие перспективы сулит дальнейшее наступление. Хозин сообщил Жданову, что собирается провести операцию по соединению сил Ленинградского и Волховского фронтов в районе Любани. Более того, генерал рассчитывал не только решить одну эту задачу, он планировал использовать второй эшелон 54-й армии, а именно 4-й гвардейский стрелковый корпус, для удара на Тосно. Однако более значительных сил на это у армии не было, а большие потери в танках привели к тому, что 122-я и 124-я танковые бригады выбыли из строя[82].
Хозин также собирался забрать из второго эшелона 294-ю сд. Она вместе с 16-й танковой бригадой должна была нанести удар в направлении на деревню Шала.
В целом создается впечатление, что Хозин, мягко говоря, выдавал желаемое за действительное. Положение 54-й армии было таково, и он об этом прямо говорил, что она даже со вторым эшелоном не могла добиться быстрого успеха даже на одном направлении. А Хозин продолжал настаивать на наступлении в двух направлениях... Непомерные амбиции и честолюбие этого человека, чье положение было во многом достигнуто благодаря близости к одному из крупных полководцев Красной армии, принесут еще немало бед.
