Александр II не забыл двуличия французского императора, оставаясь нейтральным в этом конфликте.
Можно только предполагать, какие чувства у его величества вызвал разгром Франции и позорное пленение её императора вместе с войсками под Седаном.
Исход франко-прусской войны изменил политический ландшафт на континенте.
В благодарность за нейтралитет России Бисмарк был на стороне Горчакова в отмене злополучных статей Парижского договора, о чём говорилось в предыдущей главе.
Новые политические реалии требовали от светлейшего князя Горчакова неординарных решений.
Появление у Австро-Венгрии амбициозного и решительного канцлера, в котором Бисмарк видел потенциального союзника в давлении, как на Россию, так и на Францию, приближало его к заветной мечте – установлению гегемонии в континентальной Европе.
Наследник тевтонских рыцарей не сомневался также в том, что в союзе с ним нуждается и его «учитель» из Северной Пальмиры. Однако его надежды на поддержку российского канцлера не оправдались, когда он в начале 1872 года спровоцировал новый конфликт с Францией под предлогом возможного введения там закона о всеобщей воинской повинности.
Напрасными также, два года спустя, оказались надежды Бисмарка на дипломатическую поддержку России или, по крайней мере, на её дружеский нейтралитет в период его попыток начать превентивную войну против ослабленной Французской империи.
Таких обид мстительный немецкий канцлер не прощал.
В будущем он отыграется за это в самый неподходящий для России момент. Но об этом рассказ будет впереди.
Горчакова не соблазнили обещания железного канцлера о его содействии России при решении проблем балканских христиан.
Для разблокирования возникших российско-германских трений оба канцлера, хорошо осознававшие значение добрых отношений между обеими империями, убедили своих монархов в необходимости нового двустороннего саммита.
В мае 1875 года Александр II нанёс визит в Берлин, где его дядя – Вильгельм I заверил российского императора в отсутствии у него агрессивных намерений против Франции и планов противодействия российскому покровительству христиан на Балканах.
Эти заверения не помешали Бисмарку обещать графу Андраши, кичившемуся своей кастовой принадлежностью, подставить плечо в осуществлении его намерений расширить сферу немецкого влияния за счёт славянских территорий.
В личных беседах с австро-венгерским министром иностранных дел дальновидный германский политик, словно бывалый заговорщик, объяснял ему:
– Нужно иметь в виду, граф, что славянский элемент набирает силу. Вы представляете, что будет в вашей стране и в Европе в целом, если Россия добьётся союза со всеми славянами?
– Господин министр-президент, вы говорите с такой уверенностью, словно эти события уже назрели, – с тревогой в голосе проговорил Андраши.
В холодных глазах Бисмарка отразилось удивление.
– К сожалению, милый граф, они назревают. И с большой скоростью. Но мы с вами этого не должны допустить ни в коем случае, – решительно, будто отдавая приказ, отрезал Бисмарк.
Окрылённый такой поддержкой и движимый кипучей энергией, Дьюла Андраши разработал секретный план оккупации Боснии и Герцеговины.
О деяниях эмиссаров Андраши в Боснии и Герцеговине рассказывает депеша русского консула в Сараево Алексея Николаевича Кудрявцева послу Игнатьеву.
Вена, пишет он, с одной стороны, одобряет все действия турецкого правительства … в ущерб интересам свободы, равноправия, правосудия и благоденствия христианских подданных султана, с другой, – употребляет всевозможные средства для усиления здесь своего влияния. Она воздействует на христиан-католиков через католическое духовенство, на наших единоверцев – через своих агентов и австрийских подданных, коих число в Боснии с каждым годом возрастает. Австрия искусно подстрекает христианское население против Порты в течение последних пятнадцати лет. Генеральным консулом в Боснию Вена послала подполковника Иовановича, хорвата. К нему прикомандированы два офицера австрийского генерального штаба. Втроём они объехали всю Боснию и Герцеговину, составив подробную карту с планом крепостей для военного министерства. Эмиссары Вены раздают местным христианам австрийские паспорта. Видя, что австрийские подданные пользуются надлежащим покровительством, бошняки охотно принимают австрийское гражданство. Число таких лиц, указывает А.Н. Кудрявцев, достигло 120 тысяч. Католическое духовенство добивается, чтобы все боснийские католики в случае надобности подали свои голоса в пользу Австрии. Периодические издания разжигают ненависть к Турции, разбрасывая, походя, ядовитые семена русофобии. Позже эти семена прорастут и расцветут пышным цветом.
Предыдущий опыт Андраши подсказывал ему, что в ослаблении российского влияния на южных христиан немалое значение могут иметь идеологические манипуляции. Многие из них в наше время получили название фейков.
