Немцы бросили против десанта в Станичке свои немногочисленные резервы. 5 февраля 3-й батальон 229-го егерского полка 101-й егерской дивизии на грузовиках был переброшен из Крымской в Новороссийск. 7 и 8 февраля туда же отправился 305-й гренадерский полк 198-й пехотной дивизии. 8 февраля в ходе контратаки немцы отбили часть Станички, но не смогли отрезать десантников, закрепившихся на Мысхако, от моря. Атакующие несли большие потери от огня советских береговых батарей. До 16 февраля 305-й гренадерский полк потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести 14 офицеров, 50 унтер-офицеров и 262 солдата[650].
Успех десанта в Станичке определялся тем, что он проходил при поддержке советских береговых батарей по хорошо пристрелянным целям, благодаря чему удалось подавить германо-румынскую оборону. Кроме того, противник был захвачен врасплох, так как германские артиллеристы приняли катера с десантом за свои. Но использование захваченного плацдарма сулило значительные трудности, поэтому в дальнейшем советское командование, уже в период эвакуации Кубанского плацдарма, предпочло высадить в Новороссийске новый десант, а не наступать с захваченного плацдарма по хорошо пристрелянной противником местности, не имея возможности накопить достаточно боеприпасов.
11 февраля Сталин предложил Масленникову «создать на левом фланге Леселидзе группу в составе нескольких дивизий или бригад и ударом на Новороссийск совместно с десантом овладеть городом и в дальнейшем выходить на пути отхода противника в направлении Верхне-Баканского». Но Иван Иванович считал такую перегруппировку нецелесообразной, так как «двое суток тому назад такая группа была под командованием Гречкина. В соответствии с вашими требованиями эту группу перекантовал на усиление собственно Леселидзе для действий в заданном вами направлении, то есть Крымская, Троицкая. Вновь снимать и возвращать эту группу в положение, какое она имела двое суток тому назад, считаю нецелесообразным. Успеха группа Гречкина не имела и, по докладу Петрова, иметь, в сроки нам желательные, не будет». Масленников склонялся к тому, чтобы максимально усилить саму десантную группу, что на самом деле было тупиковым путем, но Сталин с ним в итоге согласился[651].
В полдень 5 февраля Куников докладывал, что у него в отряде в строю было 800 человек и много минометов, но совсем нет мин и мало патронов для автоматов. Тогда контейнер с боеприпасами сбросили с самолета. Десантникам помогала береговая артиллерия. В ночь на 6 февраля корабли Черноморского флота «Красный Аджаристан», «Красная Грузия» и другие большие и малые суда начали высадку основных сил десанта, которые не понадобились у Южной Озерейки. 255-я бригада морской пехоты и 83-я морская стрелковая бригада, отдельный авиадесантный полк, пулеметный батальон, отряд морской пехоты и 29-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк. Всего — более 17 тыс. солдат и офицеров, 21 орудие, 74 миномета, 86 пулеметов, 440 т боеприпасов и продовольствия. С 9 по 12 февраля были высажены еще 4 бригады в районе Мысхако: 8-я гвардейская, 51-я, 107-я и 165-я стрелковые бригады. Позднее к ним добавилась 176-я стрелковая дивизия. На «Малую землю» были также переброшены пять партизанских отрядов: «Норд-Ост», «Гроза», «За Родину», «Новый», «Ястребок» и 4 штрафные роты: 613-я штрафная рота Черноморского флота и 91-я, 92-я и 100-я армейские штрафные роты. 12 февраля Цезарь Куников был смертельно ранен и 14 февраля скончался в госпитале в Геленджике. Посмертно ему было присвоено звание Героя Советского Союза. С 4 февраля по 10 сентября 1943 г. на «Малую землю» было доставлено почти 78,5 тысячи человек[652]. К началу апреля на «Малой земле» был создан запас продовольствия на 7 суток. А вот боеприпасов был только один боекомплект. Лишь к концу августа войска на плацдарме накопили 2 боекомплекта, а продовольствия — на 30 суток[653].
