15 октября 1942 года последовала грозная директива Ставки Тюленеву, подписанная Жуковым и Василевским:
«Из Ваших наиболее частых посещений войск Северной группы и из того, что Вами значительно большая часть войск направлена в состав этой группы, Ставка усматривает недооценку Вами значения Черноморской группы и оперативно-стратегической роли Черноморского побережья.
Ставка разъясняет, что значение черноморского направления не менее важно, чем направление на Махачкалу, так как противник выходом через Елизаветопольский перевал к Туапсе отрезает почти все войска Черноморской группы от войск фронта, что, безусловно, приведет к их пленению; выход же противника в район Поти, Батуми лишает наш Черноморский флот последних баз и одновременно предоставляет противнику возможность дальнейшим движением через Кутаиси и Тбилиси, а также от Батуми через Ахалцих, Ленинакан по долинам выйти и в тыл всем остальным войскам фронта и подойти к Баку.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Вам лично, в дальнейшем, все основное внимание уделить помощи и непосредственному руководству войсками Черноморской группы.
2. Принять все меры к немедленному усилению войск Черноморской группы и создать на Черноморском побережье сильные резервы, для чего:
а) Немедленно перебросить в состав 18-й армии три гвардейские стрелковые бригады из числа резерва Северной группы; одновременно, взамен их перебросить и передать в состав войск Северной группы 34, 164 и 165-ю стр. бригады из Баку.
б) Временно спешить 63-ю кавдивизию и перебросить ее на туапсинское направление, оставив конский состав на пастбищах в районе Зугдиди.
в) Сосредоточить в районе Туапсе передаваемую в состав войск Закавказского фронта 83-ю горнострелковую дивизию. Дивизия в ближайшие дни начнет переброску из САВО через Красноводск на Баку.
3. Ставка разрешает доукомплектовать за счет ресурсов фронта шесть стрелковых дивизий с дислокацией их: Ново-Михайловскре, Туапсе, Лазаревское, Алагир, Баку, Ереван.
Начальнику ГАУ даны указания направить на доукомплектование шести дивизий: винтовок — 50 000, станковых пулеметов — 600, ручных пулеметов — 3000 и положенное по штату количество орудий всех систем.
Дополнительно в Ваше распоряжение направляются четыре истребительных противотанковых полка, два полка ПВО и один 85-мм зенитный дивизион»[331].
В данном случае два будущих маршала оказались совершенно правы. Очевидно, массированные бомбардировки люфтваффе Грозного убедили их, что Гитлер уже не надеется захватить не только Баку, но и Грозный. Поэтому, заключили Жуков и Василевский, Гитлер, скорее всего, ограничится на Кавказе меньшей целью — попытается зазватить Черноморское побережье и уничтожить Черноморскую группу войск и Черноморский флот.
Как признает И. В. Тюленев, «на туапсинском направлении наши войска очистили долину реки Пшиш. Только в соседнем ущелье осталось в окружении до двух батальонов противника. Истреблению этих батальонов мы как-то не придали особого значения. Использовав наше промедление, противник разведал наиболее слабое место в обороне, а затем с помощью подошедшей пехотной дивизии прорвал блокаду извне. В образовавшуюся брешь гитлеровцы бросили пять полков с горной артиллерией и минометами. В ущелье Семашхо немецкое командование надеялось свести с нами счеты за поражение под Орджоникидзе и все предыдущие туапсинские неудачи»[332].
25 октября два батальона 46-й германской пехотной дивизии выбили с вершины Оплепен части советской 31-й стрелковой дивизии, отошедшие на южные и западные склоны горы. 27 октября немцы взяли хутор Маратуки[333]. Попытки вернуть гору Оплепен окончились неудачей. В приказе № 0115 войскам Черноморской группы от 1 декабря 1942 года особо отмечалось, что «31-я сд после неожиданного удара противника оставила г. Оплепен и в дальнейшем, благодаря плохо организованным атакам 67-го гсп, успеха не имела. Передовой отряд 67-го гсп, оставленный на г. Оплепен, благодаря нечетко поставленной задаче, плохой связи с ним и преступной беспечности начальников, был противником уничтожен, о чем комдив узнал лишь на вторые сутки»[334].
25 октября 1942 года Рихтгофен встретился с Гитлером в Ставке «Вервольф» вблизи Винницы. Командующий 4-м воздушным флотом отметил в дневнике недовольство Гитлера медленным продвижением на Кавказе: «Фюрер яростно проклинает Листа. Справедливо». У Гитлера даже появилась идея назначить Рихтгофена командующим группой армий «А», но затем фюрер решил, что тот будет полезнее во главе 4-го воздушного флота[335].
Леон Дегрелль свидетельствовал: «Наше наступление на Адлер также провалилось. Октябрьское наступление не имело цели достигнуть Грузии и Транскавказской магистрали, оно было нацелено на Туапсе, на Черное море и контроль над нефтепроводом к нему, к этому порту». По этому нефтепроводу немцы собирались транспортировать майкопскую нефть[336].
